Возвращение присяжного. Вопросы

Процесс, События

9 июля, на очередном заседании по делу Ильи Горячева, все ждали главной новости — что же случилось с присяжным, который накануне таинственно исчез, в связи с чем слушание было перенесено. Тогда прокурор Семененко вошла в зал и заявила: «Нам известно, что по заявлению родственников неявившегося присяжного проводится проверка факта его исчезновения. Будут проверены все лица, которые находились с ним с момента, как он вышел из дома».

Однако на следующий день заседание, как ни в чем не бывало, началось с процессуальных ходатайств, а о том, нашелся присяжный или нет, судья Мелехин сразу не сказал. Лишь после оглашения ходатайств, когда адвокат Полозов поинтересовался судьбой присяжного, Председательствующий коротко ответил: «Да, нашелся, все», не объяснив причины. Уже после перерыва, когда Полозов продолжал настаивать на оглашении причины неявки присяжного, допуская, что на него могло оказываться кем-то давление, в зависимости от того, что же произошло, судья сказал: «Он был в медучреждении».

Допустим. Но почему тогда его искали родственники? Если бы его состояние здоровья было настолько тяжелым, что он не мог связаться с семьей, вряд ли он пришел бы на следующий день на заседание, которое длится целый день и весьма утомительно. Конечно, это только размышления, но они порождают немало вопросов.

Кроме того, адвокат Полозов обратил внимание на то, что, судя по заявлению прокурора Марии Семененко, можно сделать вывод, что она общалась с родственниками присяжного, что по закону она не имеет право делать как одна из сторон процесса.

«Откуда прокурор Семененко знала, что в отношении пропажи присяжного идет проверка? Почему не судья нам об этом сообщил, а прокурор? Значит она общается с присяжными? А если она общается с присяжными, может она влияет на их мнение? Я прихожу к выводу, что она заинтересована в исходе дела, перед ней поставлена задача посадить Горячева законно или незаконно», — сказал адвокат.

Выступил и другой адвокат Марк Фейгин, который выразил свое возмущение по поводу вчерашнего намека Семененко, которая предположила, что опоздание Фейгина на заседание могло быть связано с пропажей присяжного: «Прокурор Семененко в хамской манере, в вызывающей форме сказала, что пятиминутное опоздание Фейгина связано с исчезновением присяжного. Она хочет подорвать мою репутацию!», — отметил защитник.

Этот инцидет стал «последней каплей», переполнившей чашу терпения защиты, которая была вынуждена потребовать отвода прокурора Марии Семененко.

С таким ходатайством выступил Илья Горячев: «Представитель обвинения Мария Семененко нарушает мои права, манипулирует показаниями Тихонова, а суд попустительствует и потворствует, допускает оскорбительные реплики в мой адрес и в адрес моих адвокатов, приводит в зал лжесвидетелей — таких, как Михаил Кудрявцев, — дает в руки пожизненно осужденному Тихонову оружие, обвиняет Фейгина в исчезновении присяжного, а это ее любимый прием, который она использовала в деле Политковской. В связи с этим я заявляю отвод гособвинителю».

Но судья Мелехин отвода не поддержал, как и множество других ходатайств стороны защиты, будь то оглашение очных ставок с Тихоновым и Хасис или приобщение к делу нотариально заверенных протоколов исследования интернета, результаты которого опровергают версию обвинения о том, что Тихонову нужны были данные на убитых не из открытых источников.