Наше общее послезавтра

Статьи

Наше общее послезавтра / Илья Горячев

выборы

И снова выборы. Уже писал, что выборы – это фикция, театр. И свое мнение не изменил. Однако представление должно быть обыграно качественно, швы не должны вылезать. Потребитель политического продукта должен искренне верить, что его голос – это действительно капитал, а его выбор – это не навязанный ему шаг, а его личное мнение.

Что такое политика? Это рынок сбыта идей. Проведем аналогию. Представьте, что в отдельно взятой стране топ-менеджмент «Кока Колы» искренне поверил в свою корпоративную миссию – напоить весь мир своим целебным напитком – и захватил власть. Конкуренты сразу же признаны агентами сил зла, «Пепсико» ушла в подполье, а криминальная полиция переформирована в службу по контролю за употреблением «Колы». Каждый гражданин обязан употреблять не менее литра напитка в сутки ради здоровья нации. Какова будет естественная реакция? Правильно, отторжение. Даже среди тех, кто ранее по 2 литра в день выпивал без принуждения. Что происходит дальше? Все большую популярность будет приобретать «Пепси», запрещенная, и, поэтому, употребляемая из-под полы. «Пепси» станет символом сопротивления диктатуре, а города украсят протестные граффити «Пепси – вкус свободы». Естественным образом через пару лет диктатура «Колы» рухнет через Тахрир. И «Пепси» взойдет на пьедестал и забьет весь рынок, без принуждения. Какие действия менеджмента «Пепсико» в преддверии диктатуры «Колы» были бы логичны? Как ни абсурдно это звучит, но наиболее выигрышной стратегией было бы провоцирование на запрет «Пепси», так как диктатура является конечной, не самовоспроизводящейся системой. Очевидно, что через короткий срок конкурент падет, а «Пепсико» возьмет весь рынок.

В реальности именно так действуют табачники – BAT, JTI и прочие транснациональные монстры. Заходя на новый рынок сбыта, они давят местных, локальных конкурентов, забивают эфир своей рекламой и за 10 – 15 лет занимают 90% рынка. Далее, они же начинают лоббировать запрет рекламы табака, ограничение прав курильщиков, позиционировать себя как борцов за здоровый образ жизни и так далее. После введения запретов, их доля на рынке немного падает, процентов на 10, но за счет тотального уменьшения рекламных бюджетов общая прибыль растет. А рынок, оказывается, закрыт – никакой новый игрок туда уже не войдет. Можно расслабиться и есть ананас.

Алексей Навальный в блоге писал: «Откуда черпает информацию Путин? Из тех же источников, что и вы. Плюс «закрытая социология» ужасного качества. Плюс фсбшные аналитические справки ещё более ужасного качества. Плюс аналитика всяких «политологов», которая по качеству ещё хуже того, что те же политологи выкладывают в открытые источники, ведь «политологи» понимают, что за туфту в открытой справке над ними все будут смеяться. А закрытую никто и не увидит».

Все так. Жулики от политологии убеждают уставшего человека в том, что главные проблемы в России сейчас – гей-пропаганда, педофилия и ювенальная юстиция. Мол, только об этом граждане и думают, аж кушать не могут. Где под гражданином понимаются несуществующие миллионы Афонь с «УралВагонЗаводов» и их дети – «Светы из Иваново». Все это отвлечение на ложный объект. В теории. На практике же, целевая аудитория давно перестала отвлекаться на подобные кривые симулякры.

Например, что такое настоящая гей-пропаганда? В первую очередь, депутат ЗАКС СПб Милонов лично. А если смотреть на предмет стратегически, то главные носители сей пропаганды – это придворная российская эстрада, которая живет в телевизорах. Я ходил в детский сад и во время тихого часа смотрел на портрет дедушки Ленина, а вечером в телевизоре «Рубин» видел этих людей. Мне 31 год. А в телевизоре всё те же люди. Вот она матерая гей-пропаганда в чистом виде. Долголетие на сцене хорошо в случае Rolling Stones, ДДТ, Рибля Чорба, а в их случае хорош лишь дом престарелых.

Что по-настоящему волнует москвичей на муниципальном уровне (не рассматриваем сейчас идеологический уровень, оставим его для федеральных выборов)? Волнуют их пробки, отсутствие парковок, цены в магазинах с коэффициентом 3, уличная, в основном, этническая преступность. А чем они вызваны? Коррупцией на уровне Зимбабве и перенаселенностью Москвы, в свою очередь, проистекающей из чрезмерной централизации страны.

Вот Максим Кононенко (помню его по редакции газеты Re:акция) после стихийного выхода москвичей на улицы вечером 18 июля в связи с приговором Алексею Навальному на оккупированном кибер-сквоттерами от кремлевских медиа сайте ura.ru очень агрессивно писал, что, мол, это мы еще водометы, газ и резиновые пули не применяли. Хорошая мина при плохой игре. Примените, и обратный отсчет пойдет на дни. Москва всегда резко реагировала на неправду – это и выступление юнкеров в октябре 1917, и август 1991, и октябрь 1993. Это и Манежка 2010 года.

Я писал о начале арабской весны в Тунисе и о революции 5 октября 2000 года в Югославии. Пятое октября было неизбежно. Потому что Слободан Милошевич всем уже был поперек горла, даже тем, кто после ездил на его похороны в Пожаревац. О чем сегодня больше всего сожалеет народ Сербии, в связи с 5-м октября? О том, что 6-е октября так никогда и не наступило. Наша общая задача – не пропустить свое 6-е октября, наше общее послезавтра.

Автор: Илья Горячев из Центральной Тюрьмы Белграда

источник