Неопубликованное интервью от 12.2015

Статьи

Неопубликованное интервью Ильи Горячева для The New Times. Беседу вел Дмитрий Окрест. Дата подготовки интервью — декабрь 2015 года.

Частично данный текст был опубликован на сайте «Инсайдер» под названием «Основатель БОРН Горячев: Для меня топ-3 политика — Сурков, Кадыров и Рогозин» и на сайте «Bird in Flight» — «Илья Горячев: Монолог пожизненно осуждённого».

Илья Горячев

Вопрос №1. Где лучше условия? Сербское СИЗО, Лефортово, Капотня или Бутырка? Почему перевели? До задержания вы представляли себе, каково это оказаться в застенках? Насколько это совпало с ожиданием?

Я воспринимаю мое нахождение в застенках как такую экспедицию за опытом и впечатлениями, путешествие в первую очередь внутри себя, которое я впоследствии надеюсь изложить подробно на бумаге. Меня привлекает литературная карьера. Скажу честно, тюрьмы я не чувствую, мне один раз пытались, как говорят тюремные опера, «показать настоящую тюрьму», но я дал понять с помощью мойки, что не намерен на нее смотреть. Эксперты в институте им. Сербского определили это как «демонстративно-шантажное поведение». Все так. И продолжаю следовать этой модели поведения — в случае любой попытки некорректного поведения в отношении меня, я готов исписать пачку бумаги на жалобы (мне образ жизни позволяет) и еще пачку на статьи (публичное освещение проблемы, подкрепленное публикацией официальных обращений, дает максимальный эффект, как показывает практика). Такая тактика эффективна и принуждает всех окружающих к вежливости и соблюдению закона.

До задержания я и не представлял и вообще о тюрьме не думал. Тюрьма для меня была таким местом из «Побега из Шоушенка» и «Зеленой мили» (на «Капотне» я прикормил очаровательного маленького мышонка и назвал его «Мистер Джинглс». Интересно, он подружился бы с моей кошкой Рукавичкой?). Вообще в тюрьме есть время задуматься, вырвавшийсь из мира гаджетов, где самая длинная мысль равна по объему максимально допустимому количеству знаков в Twitter. Здесь я, наверное, впервые четко расставил приоритеты, выстроил иерархию ценностей. Я осознал, что главное в моей жизни хозяйка Руковички и ее счастье (хозяйки, а не Руковички). И та глубина, с которой я это почувствовал, стоит даже потерянного здесь времени.

Относительно условий. В тюрьме есть такое негласное правило, никогда не говори вслух о том, что у тебя все ОК, то-то и то-то хорошо, в этом отношении комфортно и тд. Потому что в тюрьму тебя посадили, чтобы тебе было не комфортно, не надо подсказывать оппонентам, где они могут тебе еще больше доставить беспокойство. Когда я написал в письме, что у меня окно выходит на деревья во внутреннем дворе, меня пересадили сразу же на другую сторону продола, где окно выходит на стену ангара, расположенного в метре от окна. Вычитал тут где-то цитату из Ницше — «Надо иметь необходимость быть сильным — иначе им не будешь никогда». Согласен. Да и навык коммуникативности прокачал, представляете, с такими обвинениями в очень интернациональном, потенциально агрессивно-конфликтном социуме. Тюрьма — это же такая большая оффлайн социальная сеть. Но инструменты взаимодействия можно наладить со всеми. Главное быть и оставаться собой. Быть настоящим. В целом, о своем восприятии заключения писал в тексте «Итоги процесса», который «Эхо» сначала опубликовало, а потом стерло, так что он остался только на моем сайте.

И немного об этом интервью. Корифей сербской журналистики, директор РТС (Радио и Телевизиjа Србиjе) Александр Тиянич, скончавшийся в 2013 году, оставил посмертное интервью. Там он сетовал на профессию и писал, что то, что он на самом деле думает, он писал, может быть, раз 5 за свою жизнь. Конъюнктура. И это касается всех нас. Мы пишем/говорим то, что нужно или положено. Сейчас, зависнув над пустотой, я считаю, что хороший момент сказать то, что я думаю на самом деле. Не оглядываясь ни на что и ни на кого.

Вопрос №2. Откуда вы сегодня черпаете новости? Насколько легко удается выкристаллизовать их из ТВ-репортажей и газет? Есть вообще издания, которые вы считаете достойными читать?

Мне человеку информационному, конечно, тяжело без интернета. Как в одном рекламном ролике говорили «жизнь в интернете». ТВ я не видел с мая 2014 года и рад, если честно. Это зомбоящик. Я надеялся, что эпоха ТВ закончена, но «Левада-Центр» рапортует, что уровень доверия россиян к ТВ постоянно растет, а к интернету падает. Печально, конечно. В первую очередь, для самих россиян.

Неудивительно, что большая часть населения, одурманенная пропагандой, живет в каком-то вымышленном «Шоу Трумена». Круглые сутки гордится и иногда еще оскорбляется по любому поводу. Я думаю, доктор Геббельс, увидев НТВ, вырвал бы себе все волосы от зависти и досады.

На «Капотне» 14 месяцев с июня 2014 по июль 2015 вообще был в полном вакууме — ТВ нет, по радио «КексFM» вперемежку с «Шансон», выписанная пресса не доставляется. Собственно, для этого меня туда и отправили. Нет впечатлений — не о чем писать. Я когда приехал на «Капотню», рассказывал людям про войну в Украине, про то, что Донецк превратили в Сталинград, они смотрели на меня как на носителя тайных знаний.

Сейчас на Бутырке источник новостей — радио «Эхо Москвы» и «Бизнес FM» и весь спектр печатной прессы, от газеты «Завтра» до «Новой Газеты». Впечатление — две стороны одной медали. Как у Пелевина «чекисты силовые и чекисты либеральные» (под «чекистами» я подразумеваю далеко не всех людей в погонах, я различаю нюансы. Грубо говоря, под «чекистами» я понимаю наследников генерала Филиппа Бобкова, я же всегда симпатизировал тем, кто равнялся на генерала Леонида Шебаршина. Еще я использую термин «регуляторы» — под ним я понимаю всех причастных как гражданских, так и не очень, к управлению внутриполитической жизни страны). Конечно же, это не новости, это пропаганда, не стесняющаяся откровенного подлога и выворачивания истины наизнанку. Есть ощущение деградации журналистики и потребителей их продукта. Скажем, по делу Гайзера я видел в 3-х газетах одинаковый заголовок — «Коми-спрут».

То есть никто уже не трудится даже рерайтить циркулярные указивки. Очевидно, что душновато в Рассеюшке. В тюрьме же вся палитра оппозиционных настроений, а автозак и сборка вместо конференций и круглых столов, хотя контингент в массе своей здесь тот еще. Напоминает атмосферу, описанную Солженицыным и Захаром Прилепиным в «Обители», правда, с изрядно деградировавшим в большинстве своем контингентом, Но встречаются и очень интересные, глубокие люди, абсолютно из разных слоев общества, но, к сожалению, редко. Без чувства отвращения можно читать «РБК», Forbes, The New Times. Видно, что эти издания хоть как-то сохраняют адекватность в шизоидно-параноидальном медийном поле, избегают завышения фактора важности России, отдают себе отчет, что мы — медвежий угол, до которого мейнстриму мировой цивилизации очень мало дела, а совсем не пуп земли и центр международной политики, как рассказывают из каждого утюга бедным россиянам, у которых от лошадиных доз духовности и державности скоро кровь горлом пойдет.

Вопрос №3. Как вы считаете сейчас, в достаточной ли мере была оказана солидарность со стороны правых по отношению к вам? Вы чувствуете это спустя годы? Вам не кажется странным, что сейчас процесс — в тч БОРН — совершенно не обозревают националистические СМИ?

С большой частью правой поляны я никогда не контактировал и, не буду скрывать, недолюбливал. Впрочем, это было взаимно. Надо было, видимо, для пользы ела имитировать дружбу и корпоративную солидарность, но мне не нравятся имитации, поэтому я не общаюсь с теми, кто мне несимпатичен. Соответственно, когда я отказался от предложения о сотрудничестве и они зимой 2010/2011 инициировали мою медиа-травлю внутри правого коммьюнити, опубликовав, точнее, вбросив мои показания, ими же и выбитые (сейчас это уже не секрет после очевидных случаев Развозжаева или похищения / принудительного «интервью» Горбунова), от которых я тогда уже отказался, нотариально заверив свой отказ, поддерживали эту травлю те ЛОМы, для кого эти показания были поводом, а не причиной.

К 2015 году управляемость «поляной» достигла, наверное, уровня советских времен. На крючке все, кто чуть выше рядового симпатизанта. И импульс от «регуляторов» уловили все — к этому делу лучше не приближаться, иначе можно пострадать. Очень радиоактивно. Небольшой пример. Выступает свидетель защиты Александр Белов, говорит о деле «Черных Ястребов», в котором он был общественным защитником потерпевших, рассказывает, что ни я лично, ни «Русский Образ» к этому делу не проявляли никакого интереса (фабула обвинения гласит, что я «пиарился» на резонансных преступлениях Тихонова и Ко), что может выяснить любой, умеющий пользоваться «гугл» и archive.org. Потом приходит Хасис и говорит: «адреса «Черных Ястребов» Горячев получил от Белова, имевшего доступ к материалам дела, а передал Тихонову». То есть, мгновенная реакция. Говорит про Белова она впервые, причем через 30 минут после его выхода из зала. А «поляна» невелика — через 1, ну максимум 2 рукопожатия все знают друг друга.

А возвращаясь к списку «Черных Ястребов» — этот список написан в блокноте Тихонова, почерком Тихонова и до запятой соответствует публикации в «Российской газете» статьи «Кто ответит за “свиней”?», где были приведены имена обвиняемых по делу «Черных Ястребов» и их учебные заведения. Ну а далее Тихонов через сайт Nomer.org устанавливал их адрес (он говорил об этом в допросе в мае 2012 года и подтвердил в зале суда).

И к вопросу, почему была столь единодушна поддержка Тихонова и Хасис в ходе процесса 2011 года, зачастую даже вопреки здравому смыслу. Огромная заслуга в этом его слаженной команды защиты, ну а также сыграло свою роль то, что Тихонов для правых ЛОМов был Tabula Rasa, он для них был не субъект, а объект. Они создавали, лепили образ героя под свои узкокорпоративные интересы, при этом игнорируя логическую несостыковку — или герой, или невиновен, одно из двух, им же нужен был герой (Тихонов на эту роль прекрасно подходит по всем параметрам) на знамя, но при этом обязательно невиновный. Я же на роль героя никогда не претендовал, «ботаников» в герои не берут, что меня, кстати, всегда устраивало, к тому же у меня был бэкграунд, т.е. некая очная, а чаще заочная история отношений с большинством ЛОМов правой поляны, поэтому объект из меня никак не получался. Внутривидовая борьба самая жестокая, поэтому многие, несмотря на любые внешние обстоятельства, воспринимают себе подобных в первую очередь как конкурентов. Стало на одного меньше? Ну и отлично.

Вопрос №4. Хасис заявляла, что «Горячев, как и многие, получал крошки от АП, но ему захотелось большего, он захотел создавать партию. Он просил Симунина передать его желание наверх, но тот ему отказал, сказав, что руководство в этом не заинтересовано и что такая партия будет дестабилизировать обстановку в стране». Вы действительно обращались к Симунину с какими-либо обращениями?

Хасис фамилию «Симунин» узнала от сотрудников, находясь в СИЗО «Лефортово», Тихонов не знал фамилию эту, а Хасис даже о существовании этого человека не догадывалась. Немного позанудничаю. Допрос Тихонова от 18 мая 2012 г (том 43, стр. 71). Он говорит: «Уже позднее мне стала известна его фамилия — Симунин. Это уже после ареста я узнал». Вопрос — от кого узнал-то? От сокамерника? Нет, конечно. Осенью 2010 года Тихонов звонил мне из СИЗО «Матросская тишина» («Новая газета» частично публиковала прослушку этих разговоров, почему-то опустив 1-ю фразу Тихонова: «прости, что из-за меня у тебя столько проблем») и говорил, что в частности ему предлагали всяческие поблажки в обмен на оговор Леонида Симунина. Чем им неугоден Леонид Валерьевич? Ну, видимо, тем, что у них в папочке нет его «подписки о сотрудничестве». Вообще, тезисы, подготовленные для Хасис, очень примитивны и по форме, и по содержанию. Они не имеют ничего общего с реальностью, зато адаптированы к представлениям о политических процессах усредненного 8-битного россиянина (в 2009 году в беседе по ICQ я позволил себе назвать таких «овощи», обвинение даже цитировало это как доказательства чего-то там).

Про «крошки» — сводную своих доходов я уже упоминал, доходы от проектов, связанных с АП, там составляют около 1/3. Чтобы ни от кого не зависеть, я старался диверсифицировать источники доходов — реклама, PR, журналистика.

Относительно политической партии. Как раз в 2008 году я наблюдал (отображено в моих e-mail в материалах дела) за тем, как АП оптимизировала количество партий, в частности, настаивая на роспуске партии «Народный союз» С.Н. Бабурина, в Политсовет которой я входил. Бабурин получил некую компенсацию и ВУЗ в кормление. Так что я наглядно знал, что раз уж старые партии не нужны, значит, новые не нужны еще больше.

В 2008 году задачу «Русского Образа» я видел в том, чтобы пройти по тому пути, по которому в итоге прошел со своим коллективом Александр «Хирург» Залдостанов, т.е. попасть в обойму высочайше-одобренных общественных структур. Но где-то к маю 2009 года я явственно стал ощущать, что тот коридор возможностей / горизонт перспектив, что был нарисован Павлом Карповым летом 2008 года, когда был дан «зеленый свет» «Русскому Образу» (митинг 10 августа 2008 года с ЕСМ и РуМол на Пушкинской площади как точка отсчета), какой-то непрочный и нестабильный. И потому собрался в Сербию, писать кандидатскую, рассчитывая на то, что без меня бурный рост «Русского Образа» притормозится. Даже квартиру там снял. Но я должен был ехать не один, а с Еленой Сергеевной. А тут возникли затруднения, породившие субкультурный конфликт с Blood & Honour Сергея Голубева, что, в свою очередь, вызвало интенсификацию общения с Тихоновым, мне нужна была его поддержка.

А про партию мы стали говорить осенью 2010 года, проведя съезд «Русского Образа» и подписав соглашение о сотрудничестве с ДПНИ. В зале суда в июне 2015 года мы с Александром Беловым подтвердили взятый тогда совместный курс на создание правой политической партии. Здесь отмечу, что этап лоялистского спойлерства (назову вещи своими именами) для «Русского Образа» тогда закончился и с начала 2010 года началось «свободное плавание». Кстати, об этом лоялизме / спойлерстве не жалею, он дал возможность создать структуру, продемонстрировать ресурс. Летом 2008 года ДПНИ не стало бы ничего с нами подписывать, т.к. объективно в общественно-политическом поле «Русского Образа» тогда не было, был круг друзей вокруг журнала. А в 2010 году уже был. Осенью 2007 года Владимир Басманов в ходе совместной работы над проектом Дмитрия Рогозина партией «Великая Россия», деля регионы, сказал мне: «нет никакого Образа». Ну вот 4 ноября 2008 года, проводя “Русский марш” в формате “Русский Образ” + “Народный союз” Бабурина, я ему показал, что все же есть. Я это воспринимал тогда как здоровую конкуренцию в духе «Кока-Колы» и «Пепси», но всегда подчеркивал важность взаимной корректности, для этого мы тогда подготовили текст под названием «Этический кодекс националиста». И что особенно ценно для меня, это то, что с Александром Беловым даже в самые напряженные моменты конкуренции брендов, мы сохраняли товарищеские отношения и взаимоуважение.

Вопрос №5. Хасис говорит, что если бы Симунин оказался на скамье подсудимых, то публика узнала новые подробности. Что же должно такое произойти, чтобы Симунин оказался на этом месте?

Что должно произойти? Я думаю, ответ очевиден. Нужно меня запытать, как Тихонова, и я тоже буду ересь какую-нибудь из тетрадочки зачитывать, не отрывая глаз. Правда, у меня есть свойство такое, как гибкость. То есть прогнуть можно кого угодно, важно в таком состоянии еще и зафиксировать. Можно создать условия, выбить, вынудить. Но при первой же возможности я об этом подробно расскажу (именно для того, чтобы эта моя поведенческая особенность стала всем очевидна, я и написал столько текстов из тюрьмы, хотя до сих пор есть мнение, что нужно было «создавать тишину» и «договариваться»). С удовольствием дам показания, напишу заявление, да и просто подробно и публично расскажу письменно, как все было, в случае любых происков. Очень хотел бы посадить нового Сандркина. Делал так и когда пришлось резаться на «Бутырке», и когда пытались побрить, и когда конспекты ознакомления с делом воровали. Дает свои результаты. Понимают, что лучше не связываться и беззаконные требования игнорировать. Да и в целом, коэффициент вежливости сотрудников всех ведомств повышается, когда они понимают, что ты аналог регистратора и любое их неправильное действие/высказывание может как минимум попасть в подробностях в паблик с указанием всех их данных (ФИО, звание и тд).

Вопрос №6. Вам не кажется, что вы попали в водоворот большой политики? С одной стороны, развитие проекта «Антифа» под руководством Маркелова и Пономарева, о котором говорил Тихонов в своей речи, с другой — легальная националистическая партия. В итоге многие из антифа в тюрьме и эмиграции, а правое движение сильно похудело после дела Тихонова и Хасис — эффект сравнимый с разломом после Новороссии.

Алиса у Льюиса Карролла говорила: «Я согласна стать пешкой, если только меня примут в игру». А помните, у Стругацких в «Обитаемом острове» были «выродки», у которых болела голова. Вот я, видимо, из таких. Мне нравится политика, а во мне с детства очень много упрямства. Я занимаюсь лишь тем, что мне нравится. А вот будни среднего обывателя, как и его внутренний мирок, меня изрядно пугают. Раз уж начал отвечать на этот вопрос, используя литературные аллюзии, то проиллюстрирую опять же цитатой из Мамлеевских «Шатунов»: «Да знаете ли вы, что такое среднее, а я бы сказал, расширив, просто человеческое сознание??!… Я готов принять дьявола, преисподнюю страдания ада, самое изощренное зло, но только не это… Ведь это вечность ничтожества, нуль, ставший погремушкой, наконец, абсолютно противоположная нам направленность».

Вопрос №7. Вы говорили «Я создал «Образ», я 5 лет готовил. Почему я не боюсь МВД и ФСБ? Потому что у меня хорошие связи в АП. Они очень циничные. Вся борьба с антифа построена на наших аналитичках. Все это мы делаем с Леней и Лешей из ОФ» Насколько вообще этично националистам пользоваться услугами государства для борьбы с идеологическими противниками?

Вычитал тут у Кураева любопытное: «Докладчик выступал с сообщением о жизни Иоанна Кронштадтского, основанном на его малоизвестных, очень личных дневниках, которые он никогда не собирался публиковать. И вот зачитывается такое место из одного из них: «Господи, не попусти Льву Толстому дожить до праздника Рождества Божьей Матери». Просто пример. Любой текст существует в контексте — места, времени, ситуации. особенно это касается бытовых «кухонных» разговоров и приватных текстов / писем / логов, изначально для публикации не предназначенных. И я бы не имел ничего против публикации / использования в суде этих материалов, если бы они подпадали под предъявленные обвинения или если бы это была переписка с Тихоновым, например. Если бы меня обвиняли в «экстремизме»/создании «Русского Образа» — да, все было бы логично. В данном же случае обвиняют в одном, и доказывают иное. Но кто будет разбираться в нюансах, когда «это же людоед, он с мертвым бараном фотографировался, а потом, вероятно, его ел!».

Тем не менее. Готовясь к апелляции в Верховном суде, вновь внимательно изучил мою переписку в материалах дела и не нашел там ничего ужасного / криминального. Есть факты нападений с использованием холодного и травматического оружия и даже убийств со стороны молодежных банд, прикрывавшихся положительно воспринимаемым брендом «антифа». Целью их нападений были футбольные фанаты, правая молодежь. Нападали в основном до / после тех или иных концертов, пытаясь выдавить правую аудиторию и занять ее место. Судя по тому, что зачастую эти нападавшие оставались безнаказанными, их вытаскивали из ОВД, уголовные дела закрывали, можно сделать вывод, что у них было прикрытие. Просто рост правых настроений, структур и т.д. вышел из-под контроля регуляторов и для того, чтобы его ограничить, они позволили выйти за рамки закона (безусловно временно) тем, кто мог быть противовесом. 2008-2009 года — это резкий рост левого уличного насилия, скажу одну вещь, неприятную для правых, но это факт, к которому я пришел через анализ статистики — нападений и жертв у правых в тот период было значительно больше, чем у левых. Мы не давали эти факты замалчивать, встречались с пострадавшими (я знаю, как задевает этот термин правых), убеждали писать заявления (для чего человеку правых убеждений, в отличие от человека левых убеждений, нужно переступить через себя), настаивали на возбуждении уголовных дел, контролировали расследования, не давая тихо закрывать дела, через депутатские запросы.

Вот как я описываю в письме от осени 2008 года это одному из региональных лидеров «Русского Образа»: «Есть, конечно, вариант быть бескомпромиссным борцом с Системой, но на этом, кроме проблем, ничего нажить нельзя, а хочется результата + оппоненты (диаспоры, левые) в политику лезут активно и их лобби-группы весьма действенны, соответственно, мы формируем нашу правую лобби-группу. Если она не будет сформирована, то Система, агитируемая только той стороной, уничтожит нас. В ином случае мы действуем в одной системе координат и правила игры для всех одинаковые» (том 32, стр. 33).

Что касается установочной информации, то из анализа моей переписки, что есть в материалах моего дела (причем это с Макбука, изъятого в 2009, возвращенного в 2010, а в деле это появилось лишь в сентябре 2014), видно, что:

— Факты, данные, в том числе установочная информация, собирается мною у многочисленных корреспондентов внутри правой субкультуры, некоторые из них писали даже анонимно, я их и знал лишь как блоггеров под ником.

— Эти факты и данные от меня поступают официальным лицам (гражданским, без погон).

— Установочная информация касается людей, причастных к совершению разного рода преступлений (нападений) и нужна для того, чтобы они не ушли от ответственности.

Кто-то может усомниться в том, что был такой вал левого насилия. Упомяну лишь то, что фигурирует в материалах уголовного дела:

— Покушение на Александра Белова-Поткина, лидера ДПНИ в декабре 2008 года. Я был у него в больнице и это было действительно покушение на жизнь. Ситуация аналогичная покушению на Олега Кашина двумя годами позже, только повреждения у Александра были серьезнее. Но никто не стал возбуждать никакого уголовного дела. К тому же нападавшие (как раз радикальные левые, прикрывающиеся «антифашизмом») взяли на себя ответственность за покушение, а в подтверждение этого выложили на одном из своих сайтов видеозапись нападения.

— Убийство 22 ноября 2008 года в общественном транспорте в г. Владивосток фаната ФК «Луч-Энергия», 21-летнего Плясова Алексея Петровича, местным антифашистом Юрием Мишутиным. Нападавший отпущен (стр. 101-102, том 33) — это из моих еженедельных мониторингов для Митрюшина.

— Убийство в Одессе антифашистом Максима Чайки (страна другая, но медиа-поле одно).

— Убийство в июле 2009 года фаната ЦСКА на платформе в Коломне (том 31, стр. 227).

Процитирую мой мониторинг от 21 января 2009 года (стр. 93-96, том 33): «Еще одной новинкой 2009 года стало активное использование видеосъемки. Так, нападение на футбольных болельщиков на ст. м. Люблино 17 января и срыв пикета МГЕР на Казанском вокзале 19 января снималось на видео и активно пиарится в интернете».

Весь список уголовных дел, которые мы старались держать под контролем, есть в файле «Нападения антифа / уголовные дела, требующие контроля», созданным мною по просьбе Митрюшина 4 декабря 2008 года (стр. 10, том 35). И тут же поясню, что при всей моей уверенности в том, что мы делали благое дело, для меня это была работа за деньги, один из множества проектов, интересовавший меня ровно столько, насколько был выдан грант. Причем, этот проект был одним из многих и в моей структуре доходов занимал скромное место (пруфлинк — сводная доходов за 2008 год, том 32, стр. 145, где графа НС/Афа есть за два что ли месяца. При этом НС — это партия Бабурина «Народный Союз», чью деятельность я также мониторил, папка с отчетами упоминается в томе 32, стр. 129).

Вопрос №8. Насколько этично готовить информацию для органов на идеологических противников? Нет ли в этом бумеранга, когда ряд СМИ, как вы говорите однобоко освещает процесс?

Помните цитату Ленина в помпезном холле здания «Известий» на Пушкинской? «Газета — это не только коллективный пропагандист и коллективный агитатор, но и коллективный организатор». Задача медиа — формировать общественное мнение в интересах старших товарищей. Когда старших товарищей много, то и инструменты (набор информационных блоков / мнений их истолковывающих) у них разнообразные, тогда можно, анализируя их позицию и соотнося с тем, от кого конкретное мнение исходит, более менее предположить истинное положение дел. Не более чем тень от пламени на стене пещеры, но куда лучше, чем тотальная мгла. Но сегодня мы имеем глобальное министерство правды из «1984», а потому лучше как мудрый профессор Преображенский воздерживаться от советских газет и до, и после обеда.

Наш мирный обыватель с завышенным фактором важности считает, что медиа существуют, чтобы его информировать, держать в курсе. Конечно же, нет, какая глупость. Задача медиа — управлять (мне симпатичнее классический англо-саксонский информационный коктейль, это примерно 1/2 фактов, истины, тщательно смешанная с 1/2 пропаганды, конечно же, это выгодно отличается от нашей 100% пропаганды, которая на реальность даже не стремится опираться, она презирает ее). Это все к вопросу про однобокость освещения. Они освещают так, как сказали освещать, особенно строго следовать линии партии должно ТВ, как самое массовое и эффективное медиа. Написано в циркулярном пост-релизе после приговора — «Горячев в основном молчал» и все пишут именно так. Как будто и не было десятка моих ежедневных ходатайств к суду, как будто я не допрашивал всех свидетелей защиты и обвинения, не участвовал в прениях, не было моего 2-дневного допроса, где я ответил более чем на 200 вопросов Фейгина и Полозова, а обвинение не задало мне почти ни одного вопроса. Казалось бы, вот он шанс — прижмите Горячева, размажьте его логикой и фактами. Но у оппонентов их нет. Поэтому меня просто подчищают в протоколе, а в газетах пишут «молчал».

Особенность России после 1917 года это радикальное перекраивание реальности. Мы живем в информационном поле, которое скроено из сиюминутных агитпроп-мифов — Есенин повесился, 18 сентября 1939 г. Красная армия протянула Польше руку помощи, Заур Дадаев оскорбился постом Немцова на сайте «Эха» про «Шарли Эбдо» и тд. и т.п.

Оруэлл, соприкоснувшись с советской реальностью в испанских интербригадах и чудом вырвавшийся из них домой, в Англию (большинство же добровольно-принудительно вывозилось в СССР) очень четко отфиксировал именно эту черту советского строя и передал ее в «1984». Помните, чем занимается там главный герой на работе? Подверстывает прошлое под нужды текущего момента, чтобы линия партии была ровной как стрела,т.к. партия не может ошибаться, партия всегда права. Противоречий в прошлом с сегодняшней официальной точкой зрения быть не должно, мы всегда были последовательны и логичны.

Мне создали некий медиа-образ, который мне абсолютно не соответствует, и теперь пытаются меня в него насильно запихнуть. Отсюда и попытки побрить и все остальное. Похожие процессы Умберто Эко в «Нулевом номере» описывает — вся публичная информация исключительно дымовая завеса реальности, сконфигурированная тем или иным образом по неочевидным внешним наблюдателям причинам.

Теперь про подготовку информации. Не для органов, а для сугубо гражданского ведомства — администрации президента. Вообще, у нас бытует мнение, что общественный деятель должен воздухом питаться или вагоны по ночам разгружать. Публичность делает уязвимым. Нелицеприятность при желании можно найти в способах дохода абсолютно любого общественного деятеля, вопрос глубины разработки. Ряд известных оппозиционеров одно время активно протестовал против точечной застройки в Москве. Они совмещали приятное с полезным, площадок меньше, чем застройщиков. Это изнанка общественно-политической жизни. Но тут важно позиционирование.

Если человек называет себя «политолог» и готовит аналитику — ему можно (никто ж не обвиняет Глеба Павловского в том, что его деятельность неэтична), если же общественный деятель, то ему нельзя. Хотя в сущности и тот, и другой являются акторами политического процесса. Ну ОК, значит, я практикующий политолог, проверял теоретические выводы «в поле». Вот, скажем, политолог Александр Бородай, которого я уважаю как раз за то, что он может, если нужно, и «в поле» премьер-министром поработать, но занимается и широким спектром «черновой» политологической работы, включая разнообразные мониторинги и аналитику.

И еще оффтоп: «Эхо Москвы» назвало меня «нудным» по итогам моего допроса. Ну извините, не в цирке. Я въедливый и стремлюсь к точности деталей, в том числе мелких. Если кому-то я и тут покажусь нудным, поясню, свидетель обвинения заместитель главреда «Новой Газеты» Соколов в качестве доказательства какой-то там моей вины принес мое же интервью их изданию от января 2010 года, которое тут же приобщили к делу и огласили. Так что, отвечая на вопросы, я всегда держу в голове такую возможность, и стараюсь максимально подробно изложить свою позицию, во избежание попыток исказить или вырвать из контекста мои слова впоследствии.

Вопрос №9. Антифашисты утверждают, что часть данных попала после депутатских запросов Алксниса и визитов националистов в ОВД, куда привозили антифашистов. Вы допускаете такое? Насколько революционеру, как говорил про себя Тихонов, незазорно пользоваться такими базами данными? Вам не кажется противоестественным подобный союз? Что вы можете сказать по поводу таких обвинений? Насколько. находясь в правом лагере, вы видели, что люди готовы идти на сотрудничество с властями и органами?

Я думаю, что вопросы к Тихонову нужно адресовать к нему, а не ко мне. Но уверен, что все разговоры про депутатские запросы и прочие экзотические способы получения информации надуманны. Есть соцсети, есть всевозможные базы данных, что продаются на радиорынках (у Тихонова также изымались при обыске), есть онлайн-базы, как сайт Nomer.org, которым, по его словам, он пользовался, например, узнавая адрес прописки Станислава Маркелова и Расула Халилова.

Вот выборка из показаний Тихонова, которую я составил, знакомясь с материалами дела уже после суда, в ходе подготовки к апелляции в Верховном суде, по критерию упоминания источников информации:

— «Установив через базу данных адрес…» (явка с повинной Тихонова, том 43, л.д. 11) — причем речь идет о 2005 годе.

— «Достав его адрес из базы данных…» (том 43, л.д. 18).

— «Через базы данных в интернете я установил…» — речь вновь о 2005 годе (допрос Тихонова 18 мая 2012 года, том 43, л.д. 32).

— «Адреса я устанавливал через базу данных» (там же том 43, л.д. 55).

— «Я решил составить на них какое-то досье, достал фотографии, посмотрел базы данных адресов (там же том 43, л.д. 59).

— «У меня была приобретена база данных. Она была изъята у меня при обыске 3 ноября, если я не ошибаюсь. Плюс еще в интернете есть сайт сайт Nomer.org, это онлайн-база данных. Я пользовался и той, и той» (там же, том 43, л.д. 61).

— «В интернете в тот период уже была распространена информация как об Иване «Костоломе», так и о других лидерах «антифа». Были там фотографии и клички в основном. Например, фото и кличка Шкобаря, позднее мне стало известно из открытых источников, что это Алексей Олесинов, Федяя по кличке «Нок», позднее мне стало известно, что речь идет о Федоре Филатове. Много сведений содержалось на таком сайте, как «антиантифа». Это сайт крайне правых, его вел человек по кличке «Зухель», был его редактором. Позднее мне стало известно, что его зовут Роман Железнов. Много было сведений в разных блогах как крайне-правых, так и крайне-левых… Осенью 2005 года в интернете мне попались на глаза не только фото, но и адрес Ивана Хуторского по кличке «Костолом» (допрос Тихонова 9-10 октября 2012, том 43, л.д. 122-123).

Говорили об этом на допросах и Хасис, Баклагин, Исаев. Много информации содержится в материалах по расследованию убийства Александра Рюхина. Говорил Тихонов об использовании этих баз данных / сайта Nomer.org и у меня на процессе, правда, он неуверенно назвал число 4, мол, столько раз он «пробивал» людей по сайту Nomer.org, внимательно изучив материалы дела, я только там насчитал 10 упоминаний им подобных случаев.

С Виктором Имантовичем Алкснисом я знаком только визуально, отношусь с большим уважением.

К сожалению, среди правых процветает ложно понятое отрицание государства. В суде звучала цитата из «Инструкции члену Русского Образа» — «Законы не нужно нарушать, их нужно использовать». Законы созданы для граждан, а не наоборот (когда я в зале суда озвучил этот тезис, у большинства присяжных на лицах появилось выражение, будто я какую-то страшную ересь изрек, токую 100-процентную крамолу. Очевидно, что для большинства соотечественников, особенно тех, кто попроще, Закон это не инструмент, которым нужно пользоваться, а скорее каменное идолище с острова Пасхи, котором ритуально нужно приносить кровавые жертвы).

Видимо, именно поэтому левые и либералы, которые это как раз хорошо понимают, намного обогнали правых в сотрудничестве с властями и органами. В данном случае я говорю про позитивное сотрудничество. Если же говорить о негативной стороне вопроса, т.е. об инфильтрации общественно-политической поляны агентами политической полиции, то, думаю, сегодня РФ как авторитарное государство стремится к тотальному контролю за всеми активистами, чтобы уровень управляемости процессов во внутренней политике, как в советское время, приближался бы к 100%.

Если же говорить о «кураторах», поддерживающих дружеские отношения с акторами политического процесса, то вот в материалах дела есть показания по всем признакам такого «друга-куратора» Маркелова — том 51, л.д. 62-65, они вместе зарабатывали деньги, занимаясь черным PR-ом, вместе работали по правым, обменивались информацией, познакомились же в конце 90-х, когда революционные комсомольцы взорвали приемную ФСБ на Кузнецком Мосту, он их разрабатывал и брал, а Маркелов защищал. Подробно ознакомился с деятельностью этих красных боевиков, прочтя в ноябре 2015 года книгу теоретика и практика современной коммунистической партизанщины Игоря Губкина «Записки испанского летчика». А подарил мне ее в автозаке совершенно неожиданно тот нацбол, что срывал концерт Макаревича.

Вопрос №10. Почему вы считаете, что именно Филатов был выбран среди всех остальных антифашистов? Мог ли кто-то из тех, кто сведущ в субкультурных войнах, подсказать этого человека? Повлияло ли нередкое посещение ОВД Филатовым на его дальнейшее устранение?

Если честно, мне вообще мало интересны все эти истории, кто кого в подворотне зарезал много лет назад. Обратитесь к «эксперту» Железнову, это по его профилю. Вообще, уголовное дело это такая оффлайн DDos-атака на человека. Тебя заваливают бессмысленными «запросами» и ты вынужден отвечать на них, вместо того, чтобы заниматься / говорить о том, что для тебя действительно важно. Собственно, в этом и смысл политически мотивированных уголовных дел.

Вопрос №11. «Закон для лохов. Система работает со всеми реальными силами: антифа, наци, диаспорами и далее. А про проблемы с законом давай я свои расскажу: со мной раз в три недели пьет кофе фсбешник, который хочет меня посадить» Этот сотрудник в итоге все еще в деле?

Давайте начнем с того, что это за разговоры, с кем и отчего они возникали. Это моя переписка с Еленой Сергеевной, по ICQ, которой нет в материалах дела (нас с ней не знакомили в соответствии со ст. 217 УПК до суда, эти DVD материализовались уже в зале суда), которая не имеет никакого отношения к объему предъявленных обвинений и которую впервые предъявили в ходе допроса Хасис, чтобы та могла эффективно сыграть на известной страсти публики к «желтизне». Надергали цитат из контекста и вот, мол, смотрите, какой он дурной человек. Ну придется пояснить контекст. В мае 2009 года мы с Е.С. расстались по ее инициативе, но как-то не до конца. Такие кровоточащие отношения с перепиской, обменом подарками и т.д. В начале июня я узнаю, что там в Новороссийске есть некий конкурент, субкультурный молодой человек, лидер «ОБ-Юг» (структурно к «ОБ-88″ не имеющая отношения формация), член Blood and Honour-Новороссийск.

Одновременно вся эта группа людей является отрядом быстрого реагирования «Гром» Кубанского казачьего войска. Узнаю я это от Тихонова, в нелицеприятной формулировке «баба Горячева теперь с парнем из BH живет», а распространением сего занимался Сергей Голубев. Именно это для меня причина конфликта с BH. Ну а Голубевым двигала, видимо, ревность к успехам «Русского Образа». Задело ли это меня? И очень сильно. Я понял многое в поведении Е.С., какие-то ее вопросы несусветного свойства, явно привнесенные извне, типа: «а на какие средства ты издаешь журнал и почему тебе это разрешают?». При этом Е.С. резко погрузилась в субкультурное неофитство и была им очарована, романтика борьбы с Системой и т.д. И вот основным посылом оппонентов (т.е. оппонент Коля «Хорсс» доводы черпал у Сергея «Опера») было «да этот Илья марионетка Кремля, почему ему Режим что-то разрешает, а мы, настоящие подпольщики, расовые воины, бьемся с врагами в кровопролитных уличных сражениях» и тд.

Поэтому в моем общении с Е.С. возник элемент подстройки, в том числе выдумки про проблемы. У меня не было никаких проблем с законом. Я подробно в последнем слове говорил о моей сегодняшней оценке всего этого, но уступить я, конечно же, не мог. Liebe ist Krieg. Поэтому разбирая мои ICQ-логи с Е.С. делайте правку на то, что там далеко не все объективная реальность.

Теперь по конкретному логу. С этим сотрудником было 2 встречи — одна у меня, вторая у моего товарища из «РО». Носили они дружелюбный, прощупывающий характер. Обе встречи мы записывали на диктофон и об этом знал Егор Горшков, видимо, поэтому других встреч и не было. Хотя, например, 25 июля 2009 года, когда ЗКС попыталось сорвать наш концерт, а мы ушли рощицей, договорившись с оцеплением из местного ОВД, я звонил этому сотруднику и указывал на недружественность и неконструктивность таких шагов, он же отвечал, что он в отпуске на море и ничего не знает. Его номер есть в материалах дела, в экспертизе моего того самого iPhone, имени не помню, но в скобочках там написано «ФСБ». Можете попробовать набрать, поинтересоваться в деле он еще или нет.

Вопрос №12. Почему вас так легко отпустили в Сербию, а не дали возможность высказаться на процессе? В этом здраво усматривают определенную конспирологию.

А по-вашему я рвался выступить на процессе? Находясь между молотом и наковальней? Притом, реальность не устраивала ни одних, ни других. Одни хотели услышать, что Тихонов ни в чем не виновен, другие озвучить моими устами сконструированную ими теорию заговора (сегодня роль ретранслятора успешно играет Хасис). А я просто хотел быть как можно дальше от этого. Первой фразой Тихонова, когда он позвонил мне осенью 2010 года с «Матросски», было «извини, что у тебя из-за меня столько неприятностей» и это очень точное описание ситуации. А в материалах дела хватало объективных фактических доказательств, как сейчас стало понятно, процессуально мои показания были не нужны, они были нужны, чтобы выйти на оперативный простор против гражданских внутриполитических регуляторов того времени (не зря Хасис сыпет фамилиями). Мне же перспектива стать марионеточным свидетелем ни тогда, ни даже сейчас не нравится.

А вот на моем процессе, да, многим свидетелям защиты по сути высказаться не дали. Причем эти свидетели оперировали бы фактами, которые можно проверить, а не словами. CENSORED очень хорошо владеет самым эффективным инструментом превентивного сдерживания — страхом. Кому-то намекнули, кому-то прямо объяснили, кто-то сам догадался, ну а для самых непонятливых оставили «рейд по тылам» в форме жестких обысков / допросов, проведенных в нескольких городах в мае. Всех прикошмарили и объяснили, что «решение по Горячеву уже принято, ты лично не интересен, но не порть жизнь себе, не надо тебе быть свидетелем». Маршрут на Харп каждому индивидуальный рассказали. Пообещали, что через год я сам на них показания дам, подразумевая, что они из меня говорящую куклу сделают. Это же несложно. Показывай пальцем и истошно визжи — «это он вдохновитель, он отдал мне приказ», на публику действует.

Тем сильнее я благодарен тем, кто нашел в себе силы прийти в зал суда или же был готов сделать это по моей просьбе в случае необходимости. Человек на воле значительно более зависим, чем человек в тюрьме. Парадокс. Но именно поэтому я отказывался от выбитых показаний на расстоянии, через The New Times. Если бы я приехал сюда, и для меня нашли бы убедительные слова. А почему дали уехать? Ну а как могли не дать? В деле уголовном обвинения против меня возникли 21 февраля 2013 года и, кстати, там не было убийств. 222, 282, 209 статьи. Поэтому на момент отъезда в конце ноября 2010 года юридически меня остановить было нельзя. Просто встретили на границе и вынудили написать «отказ от отказа», как билет на ту сторону и свою страховку на тот случай, если я все же не приеду в Россию во время суда над Тихоновым. Они потом активно писали мне по e-mail, по сути после апреля-мая 2010 года это была вторая попытка вербовки с их стороны, но, видимо, у нас слишком разные психотипы, если бы общение с ними было для меня комфортно, я, разумеется, согласился бы поддерживать с ними отношения и решил бы многие свои вероятные проблемы, ныне материализовавшиеся именно в результате того отказа, но заглядывая внутрь себя, никакого сожаления не вижу, уверен, что отказ от «отношений» был правильным выбором.

В марте 2011 года они предлагали очную встречу, но на мое предложение нейтрального Минска отказались, мол, им нельзя за границу выезжать. А встречаться «ночью в лесу где-то под Смоленском», как они на полном серьезе предлагали, я не стал. После публикации отказа в The New Times писать по e-mail они перестали, но летом 2011 года пытались наладить вновь связь, теперь через Сергея Соколова из «Новой», но я отказался с ним встретиться в Белграде. Был в тот момент некий упадок сил, по сути, я дал себя затравить, вот в тот момент меня окончательно удалось выдавить из общественно-медийного поля, наклеить на меня ярлык исключительно негативного персонажа, причем обоснование негативности для каждой ЦА было свое — для правых «предал Тихонова», для либералов и левых — «он друг Тихонова», для системных людей было третье объяснение и т.д.

И это в первую очередь мой проигрыш, а не успех оппонентов. Мне надо было не прятаться в нору, в на все реагировать, все комментировать, пояснять, я же, не нарастив еще «слоновьей» кожи, очень болезненно реагировал на обвинения, а потому отказывался от интервью, публично не реагировал на выпады оппонентов и, по сути, сам дал возможность сформировать свой негативный образ.

Сейчас до сих пор расплачиваюсь за ту слабость и упадок сил, но больше той ошибки не повторяю, теперь все подробно объясняя и комментируя (хотя многие говорят, что и это тоже ошибка, и если бы я молчал, приговор был бы в несколько раз мягче).

Вопрос №13. «Всегда хотел иметь настоящего Куратора. Такого мудрого советника, который указывал бы путь, предостерегал от ошибок. А в случае чего, вытаскивал из неприятностей.» Сколько людей пыталось подойти на эту роль? Почему не сошлись?

«Настоящий куратор» это из области ирреального. Примерно как Дед Мороз. Я отношусь к окружающему миру процентов на 99 с легким пренебрежением. И, к сожалению, не встречал лично такого человека в общественно-политической сфере, к которому бы относился с таким пиететом, что готов был бы слепо подчиниться его  воле, а это обязательное условие, без этого никак. Конечно, хотелось бы быть в жесткой вертикали, но для этого нужно искренне доверять тем, кто над тобой, а вот с этим есть внутренние проблемы. К сожалению, те немногие люди, кому бы я был готов лично присягнуть и хранить самурайско-феодальную верность, были для меня недостижимы.

Ну и частично ответил на этот вопрос, комментируя вопрос №44 про Химки и вопрос №49 про Суркова.

Вопрос №14. Вы утверждаете, что «Правые новости» контролировались Максимом Собеским. Откуда эти знания? Если это так, то почему там висело объявление на поиск его фото?

Максим Собеский — это псевдоним Михаила Пустового из г. Обнинска, автор книги «Изгой 282″, про свой срок. Сидел он, мягко говоря, грустно. Вот так его и завербовали. Так как у меня много товарищей в этом городе, то биография Пустового известна мне практически с детского сада. После упоминания мною осенью 2014 года сайтов Пустового «Правые новости» и «Герои Воли» как курируемых сотрудницей CENSORED, вместе с сайтом Naziwiki, все 3 этих сайта пропали из сети. «Правые новости», правда, где-то через полгода вернулся.

Относительно фото. Ничего об этом не знаю, но я чего Вы взяли, что это его фото? Миша хитрий и имеет не менее искушенных «помощников». Чтобы легендировать свою виртуальную реальность — «Собеского» и вбросить в паблик фото, не имеющую отношения к личности Миши Пустового, можно и раздел «Wanted» на сайте сделать с фейковыми фото.

Вопрос №15. Среди потенциальных жертв значились также адвокат Ходорковского Вадим Клювгант и журналист «Комсомольской правды» Александр Бойко. Вы что-то знаете по этому поводу? Почему именно эти люди были выбраны?

Значились где? В явке с повинной, выбитой у Тихонова? Где начальник оперчасти осужден как раз за выбивание явок с повинной, а около 200 таких «явок» было аннулировано. Вероятно, надо спрашивать у тех, кто диктовал ему эти явки, почему они захотели увидеть там фамилии те, а не иные. Кроме этой явки, эти фамилии нигде не фигурируют. С Александром Бойко я немного знаком, как с коллегой Дмитрия Стешина по «Комсомольской правде», знакомясь с делом, увидел, что у меня в iPhone даже его номер телефонный был. Думаю, Тихонов знал его получше, т.к. он одно время, правда недолгое, проработал в «КП» в 2005 или 2006 году.

Вопрос №16. Вы не раз были в Киеве. Как вы оцениваете участие российских ультраправых на стороне Украины в нынешнем противостоянии? Например. того же Барановского, что это для вас? Предательство? Ведь с одной стороны здесь проводились множество националистических мероприятий, многие скрывались — почему же пробежала черная кошка? Почему часть соратников решила играть за ту команду? Почему вы, как узник нынешней власти, не того же мнения? Ведь разве не их победа может принести освобождение?

А также в Одессе, Харькове, других городах. К сожалению, пока не побывал в Лемберге (ныне Львов) — очень люблю Австро-Венгрию, а это, безусловно, в первую очередь, австро-венгерский город, по крайней мере с точки зрения истории. Теперь давайте определимся с терминами — давайте обойдемся без ярлыков: «ультра», «крайне» и других отрицательных маркировок.

Алексей Барановский работал в Киеве, сейчас, насколько я знаю, вновь в Москве. Читал его интервью, где он говорит, что его друзья есть с обоих сторон фронта (точно так же, как и у меня), а сам он остается в стороне от конфликта. Хорошо понимаю его позицию.

Теперь про участие правых на стороне ВСУ, понимаю их мотивацию. По сути, регуляторы выдавили из РФ пассионарных правых — кто-то оказался в «Азове», кто-то в подразделениях ополченцев на территории т.н. «народных республик». Точно так же на Кавказе выдавили исламистов в ИГИЛ. Боюсь, что многие, кто под влиянием эмоций взял в руки оружие, не подумал о том, что взять легко, а положить сложно.

Для Украины те русские националисты, что воевали в добровольческих батальонах — чужаки, недаром даже гражданство сперва пообещав, сейчас им давать не торопятся. Какой-то Международный трибунал по Украине рано или поздно появится. Вероятно, процент обвиняемых будет примерно 70/30 в пользу ополченцев. Но кого-то должна будет выдать и Украина — тут чужаки, к тому же русские, опасные своей пассионарностью, первые кандидаты на выдачу. Вообще, тема добровольчества (правда, в Боснии) это тема моей недописанной кандидатской и там был сценарий аналогичный. После войны добровольцы неудобны, их всеми силами стараются выдавить. Есть, правда, у них один маловероятный, но возможный коридор возможностей. В целом правые, хоть свои, хоть чужие, сейчас Порошенко и Ко не нужны. В нынешнем хаосе и анархии они дополнительный фактор нестабильности. И здесь единственный шанс для «бандеровцев» (в самом широком смысле слова) это попытаться конвертировать свой наработанный в боях ресурс и взять власть силой (ну или кусочек власти).

И вот тут русские с той стороны могли бы себя проявить. А теперь про то, что может принести освобождение. Сейчас я, конечно же, заинтересован в серьезных внутриэлитных изменениях в РФ, т.к. без них никакого пересмотра дела не будет. А потому желаю обострения на внешне-политической арене, что и может привести к этим изменениям. Произойдут эти потрясения на украинском, сирийском или каком-то еще направлении — не важно. Кто-то скажет — в любой ситуации нельзя желать поражения своим. Отвечу. В.И. Ленин, как пример, чьи памятники и мумия в РФ неприкосновенны, а личность хоть и вызывает дискуссии, но абсолютно легитимна в общественно-политическом поле, несмотря на то, что он призывал к поражению России в Первой мировой войне в своих очень узко-фракционных интересах. То есть Ленину можно. А вот Андрею Андреевичу Власову нельзя, он уже табуирован, хотя у негобыло куда больше морально-нравственных оснований желать поражения сталинского режима, нежели у Ленина в годы Первой мировой войны желать поражения Российской империи. К тому же, Власов, вращаясь среди оппозиционно-настроенных офицеров Вермахта, позднее принявших участие в попытке покушения на Гитлера и переворота в 1944 году, понимал, что Германия обречена и крах сталинского режима не обернется катастрофой для России. Наоборот, т.к. уже в 1944 году было очевидно, что победу одержать Союзники.

Так вот катастрофические последствия сегодня — это не смена политического режима, а как раз сохранение статуса-кво. Глубокий системный кризис и ситуация-воронка очевидны всем не одурманенным пропагандой. Чем раньше Россия вернется на цивилизованный европейский путь развития, тем лучше будет для всех. Как говорили в моем любимом историческом фильме детства «Плоть и кровь» 1985 года Поля Верховена, где сюжет был построен вокруг эпидемии бубонной чумы: «медицина не стоит на месте — надо вскрывать нарывы». Чем позже произойдет отрезвление от псевдо-патриотического ТВ-угара, тем тяжелее будет похмелье. Но его тяжесть не есть причина для отказа от процесса отрезвления.

Вопрос №17. Вам не обидно, что вас судит власть, которая используют ваши наработки на Юго-Востоке? Что за дело, которое вы считаете своим, умирают соратники, а вам светит 24 года?

Про наработки. Я не завышаю свой фактор важности. Ну какие наработки? В своих текстах про Украину («Взгляд в послезавтра«, «Промежуточные итоги украинского кризиса«) я писал, что я бы действовал «мягкими» методами а-ля Джин Шарп. Военная интервенция в Украину была ошибкой.

Про «обидно», «жалко» и тд стараюсь отстроиться от эмоционального восприятия и по примеру МБХ смотреть на себя, как на персонажа игры. Вот сейчас такой период. В будущем я его конвертирую в политический капитал. Ну или не конвертирую и останусь малоприятным второстепенным (или даже третье) историческим персонажем. Печалит лишь, что в этой власти возобладало т.н. «патриотическое» крыло, те, кто верит в закулису, еврейский заговор, мировое правительство, масонов и т.д (думаю, серьезную роль тут сыграли учебники Дугина, по которым у нас учатся и в Академии ФСБ, и в Академии Генштаба). И немного стыдно, что в 2014 году позволил себе публично поддержать Игоря Всеволодовича Гиркина, выступавшего под псевдонимом «Стрелков», он как раз ярчайший представитель этого крыла.

А относительно того, что кто-то умирает в Донбассе, Сирии или иных уголках бескрайнего Русского мира. Ну они ж туда добровольно поехали (за исключением Железнова и ему подобных маршрутизированных провокаторов), насильно их туда никто не загонял, это их осознанный выбор, хотя пропаганда во многом, конечно же, этот выбор сформировала.

Вопрос №18. Хасис утверждает, что Тихонов ей все рассказывал. Не считаете, что чем меньше знаешь, тем лучше спишь? Насколько допустим такой уровень безопасности?

Хасис может утверждать все, что угодно. Слово — это маркер факта, а за словами Хасис лишь пустые слова. Я подробно разбирал все нестыковки в разных показаниях Хасис в тексте «Почему Хасис врет» и двух последующих (1, 2).

Мы можем судить о взаимоотношениях Тихонова и Хасис по прослушке двух их квартир. Там видно, что Хасис, очевидно, агрессивнее Тихонова, у нее есть свое оружие и ко мне она относится, мягко говоря, не очень. Сегодня Хасис говорит, что я им приказывал, оказывается, но из прослушки видна совсем иная картина. А единственный, кто отдает им распоряжения, это «Вася» (Алексей Коршунов). Марк Захарович Фейгин подробно с примерами разобрал и систематизировал в соответствии с предъявленными обвинениями это их общение в тексте «FAQ по нарушениям в деле Горячева».

А про принцип «чем меньше знаешь…» в общении с Тихоновым я все наше общение с 2002 года придерживался этого принципа и следовал ему. Он часто рассказывал или упоминал нечто из своей «уличной» части жизни, но я никогда интереса не проявлял, ограничиваясь комментариями «ясно», «понятно». Опять же, это видно и из той нашей Skype-переписки, что имеются в деле. Помню, при первой очной встрече в 2002 году Тихонов спросил, что я собираюсь делать в выходные. Я сказал, что собираюсь с однокурсниками на Манежке смотреть трансляцию футбольного матча сборных РФ и Японии. Он посоветовал мне туда не ходить, сказав, что там будут беспорядки. Я не ходил. Беспорядки были. По их итогам в УК появилась 282 статья. Знал ли я, был ли там Тихонов? Да, был. Спрашивал ли я у него, откуда он знал заранее о беспорядках? Нет, не спрашивал. Мы больше никогда об этом не разговаривали.

Вопрос №19. Вы говорили «бородатые, может, и воюют за идеалы какие-то, мне они не близки, мне близки англичане в твидовых пижамах, что сидят в офисах и держат весь мир». Можете объяснить свою мотивацию? Как вы относитесь к сближению ультраправых и салафитов, синтеза типа исламофашизма? Насколько это распространено, или случай Сергея Опера единичен? Было ли и это поводом для разногласий? Ваши симпатии к политике Израиля могли так же его раздражать? Насколько правые взгляды русских могут сочетаться с исламом?

Не «говорил», а писал в ICQ. Достаточно странно анализировать трёп по «аське» спустя 7 лет, особенно в зале суда. Учитывая, что там нет и близко ничего имеющего отношения к обвинению. Это обсуждение фильма «Ветер, который качает вереск» (на экране, куда транслировались логи, это было видно), про гражданскую войну в Ирландии начала 20-х годов между сторонниками Республики (ИРА во главе с Майклом Коллинзом) и Свободного государства (Имон ди Валера), где англичане выступили на стороне последних. Разница между ними была в том, что одни (республиканцы) хотели все и сразу — полную независимость и 6 северных графств в придачу (Ольстер), а вторые (Имон ди Валера) были согласны на компромиссные решения. И вот здесь я Хасис говорю, что реалисты, т.е. англичане, мне ближе. А дальше упоминаются «бородатые», которые были тогда нашей постоянной темой обсуждения в связи с конфликтом с Сергеем Голубевым и его Blood & Honour, которые смотрели в сторону джихадистов, и ранее были нами промаркированы как идеалисты. То есть я провожу параллели между идеалистом Коллинзом и идеалистом (весьма, впрочем, прагматичным) Голубевым.

К синтезу правых идей и салафизма я отношусь резко отрицательно, много раз про это писал, осенью 2009 года было заявление «Русского Образа» против исламизации правых. Насколько это распространено. Одно время московское отделение НБП принимало ислам, потом они это забросили. Всерьез ушел в ислам, мне кажется, лишь Вадим Сидоров и его группа («Национальная организация русских мусульман»). Имели с ним онлайн-дискуссию после публикации моей статьи «Потурченцы» летом 2010 года. Единичные случаи, конечно же, есть. Но это не тенденция, как, скажем, исламизация славян, которую я увидел в московских тюрьмах, и о которой писал.

Думаю, в случае с Сергеем Голубевым эта блажь тоже закончилась, т.к. с трудом представляю себе, как бы он делал карьеру в системе будучи мусульманином. Мои симпатии к Израилю Сергея очень раздражали, да. Зимой 2008 года «Русский Образ» проводил пикет у посольства Израиля в поддержку его военной операции в секторе Газа и на западном берегу реки Иордан. Отчет об этом небольшом пикете на нашем сайте Сергей активно использовал для нашей дискредитации летом-осенью 2009 года. А вообще ни он, ни я не пропускали поводов для взаимных претензий. И, конечно же, это были только поводы, не причины конфликта.

А относительно поддержки Израиля. Рассуждая на «Эхе» о событиях в Кельне, Михаил Веллер процитировал губернатора Луизианы 30-х годов Хью Лонга: «Когда фашизм придет в Америку, он будет называться иначе. Вероятно, антифашизм». Сегодня европейские левые, в экстазе сливающиеся с ордами беженцев, парадоксально наследуют идейно тем, кто создавал систему Холокоста (родную сестру системы ГУЛАГа, впрочем). Они сторонники тоталитаризма в идейной сфере, им чужд дух свободного предпринимательства, они ненавидят Израиль, поэтому общинные центры и синагоги в Европе нужно охранять (приглашение европейских евреев в РФ хороший ход, но, конечно, они поедут лишь тогда, когда тут будет демократическая страна). На Утойе чем занималась вся эта партийная молодежь? Упражнялась в ненависти к Израилю и играла в палестинцев. Поэтому естественно всем носителям правых взглядов, сторонникам европейской цивилизации, капитализма, тем кто выступает против замещения коренных жителей агрессивными пришельцами с иным культурным кодом, поддерживать государство Израиль. Мы естественные союзники.

Вопрос №20. Вы говорите про инфильтрованных леворадикалами агентов влияния в органах. Вы так часто упоминаете это, но почему их еще не вывели из состава? При этом утверждаете, что эти агенты действуют на  ведущих антифашистов? То есть агенты действуют на тех, кто их внедрил?

Есть люди с определенными убеждениями. Почему их не вывели из состава? Загадка. Вероятно, нужны. Хотя лево-анархистские умонастроения и государственническое охранительство должны плохо сочетаться. Конечно же, они активно и взаимовыгодно взаимодействуют со своими гражданскими единомышленниками.

Думаю, для ответа на этот вопрос хорошо подойдет цитата из Пелевина «t» — про то, что чекисты бывают силовые, а бывают либеральные, но иногда либеральные могут действовать по-силовому, а силовые по-либеральному.

Вопрос №21. Вы можете подробнее описать последователя Николая Клеточникова? Что из работы над вашей аналитикой вам удалось узнать?

Знакомясь с делом, увидел одно из первых сообщений о нем, то есть о ней, в распечатках файлов 2008-2009 гг с моего Макбука. Лично мы с ней не виделись, но заочно очень хорошо знакомы. Вот текст этого сообщения: «Была агентом Конторы, работала по комсомольцам и прочему скаму, потом за заслуги ее взяли на работу. Занимается провокациями в правой среде, внедренец. Так как у нашего управления тёрки с центром, то ее можно хорошо опустить. Сволочь редкая. Центр за нее горой. Неоднократно подставляла наших сотрудников. Нужна любая инфа про нее» (том 35, стр. 146).

Вот историк Ярослав Леонтьев постоянно сравнивает меня с кем-то из истории партии эсеров. Теперь видит во мне Судейкина. А я же скорее сравнил себя с Бурцевым, а CENSORED с Евно Азефом, который направлял революционное движение из интеллектуальной оппозиции в боевое подполье для ее маргинализации, одновременно повышая значимость «Охранки» и решая некие задачи, связанные с внутриэлитным противостоянием. А вот Бурцев, разоблачая Азефа, скорее, был протагонистом (осознанным или нет — отдельный вопрос) носителей иной концепции регулирования общественно-политической жизни и компрометировал Азефа как раз, чтобы террор остановить, при этом сами его аргументы были рассчитаны на наивное, эмоциональное восприятие реальности революционерами. В итоге, деятельность Евно Азефа пришлось публично обсуждать в Госдуме, где Столыпин был вынужден обозначить ведомственную принадлежность Азефа.

Вопрос №22. Как оцениваете современное националистическое движение?

Предпочитаю термин «правое». Националист (по крайней мере, в теории) любит свой народ, а любовь слепа. А я очень критически отношусь к основной массе соотечественников, да и к себе тоже. По сравнению с нашими предками образца, скажем, XIX века или же европейцами / американцами современности, мы в целом «не очень». Пора откровенно нам всем в этом признаться.

Хасис и Голубев (она в 2015, он в 2011 году) говорили, что националистом меня не считают. Они озвучивали версию, у которой была простая прагматичная цель — локализовать мою поддержку внутри данной целевой аудитории. Но, в целом, они правы. Одно дело ситуационные заявления, действия, нацеленные на достижение тактической цели, другое дело личные, годами выверенные взгляды. Вот что касается моих взглядов политического свойства, они совпадают процентов на 10%, наверное, с набором взглядов такого классического националиста (это, кстати, одна из причин, по которой и я лично, и «Русский Образ» очень неохотно шли на контакты с, казалось бы, «коллегами по цеху», единственное исключение — это Александр Белов, человек, чье мировоззрение значительно шире достаточно узкого и мелкого российского политического национализма). Но вот сербским националистом я себя считаю и, наверное, им являюсь, т.к. подпадаю под набор формальных признаков.

А в националистическое движение у нас сегодня входит 90% населения, если верить опросам, во главе с главным националистом. Вот они настоящие искренние националисты — гордятся без остановки. Свято веруют, что мы самые-самые, а потому в кольце врагов (они ж завидуют нашей духовности), ненавидят этих американцев и всех их прихвостней — ЕС, Украину и т.д. Не допускают искажений истории, воспринимают окружающий мир строго через призму агитпропа и оскорбляются, если кто-то смеет ему противоречить (оффтоп — конъюнктурная апология сталинизма Предстоятелем Русской церкви крайне отвратительное явление).

А вот правого движения сегодня в России нет вообще. Есть тонкая прослойка нарождающегося среднего класса, те самые русские европейцы, которые могли бы и должны были стать социальной базой и для правых политических партий, и в целом для гражданского общества, но они находятся под строгим присмотром не только регуляторов, но и всего общества с клеймом «сакраментальных 14%».

А теперь немного об обязательных идеологических основах правого движения, на мой взгляд. Мы с 1917 года живем в медийном поле, сотканном из лжи. Правые должны называть белое белым, а черное черным. Для того, чтобы вернуться в первый мир, неотъемлемой частью которого была Россия до 1917 года, нам необходимо пройти все те этапы, что прошла Прибалтика или, скажем, Польша. Это: Люстрация, открытие архивов, декоммунизация, в том числе, признание КПСС преступной организацией, принятие закона о свободе информации, реституция, роспуск наследников ОГПУ-НКВД и создание спецслужб с нуля на четкой правовой базе, подчиняющихся закону. Тогда и ЕС с НАТО покажутся совсем не страшными и даже наоборот. Место европейской России там, а не в объятиях Китая и Ирана. Кстати, в какой-то момент мне стало казаться, что стремление раннего ВВП в НАТО — порождение моей фантазии. Однако прочел “Всю кремлевскую рать” Зыгаря и вижу — не ошибался, было, было такое. Сейчас уже с трудом верится, правда? Как и в то, что в 1999 году 67% россиян считало, что наше место в ЕС, а сейчас количество сих отщепенцев закономерно снизилось до 15%.

Да, прийти к этому можно лишь через новый август 1991 года. Но ради санации России от метастаз красной чумы, исправления исторической ошибки 1917 года и возвращения в Цивилизацию можно пойти на любые потери — территориальные, демографические и прочие. Памятник в центре Москвы надо ставить не Св. Владимиру, а Б.Н. Ельцину. Да, его действия были непоследовательны и ситуационны, но тем не менее, он попытался дать нам свободу (пусть это и было лишь последствием внутриаппаратной борьбы, а не изначальной великой целью). Но теперь мы хотя бы знаем, что можем жить иначе. Почему русские в Риге, скажем, могут жить в рамках европейской цивилизации, а мы должны погрязнуть в ордынской азиатчине? Радует лишь то, что чисто по экономическим причинам ренессанс державности долго продлиться не может. Режим Милошевича также самоутверждался, ведя войны, потом поражения объявляя победами, и, в итоге, закончился 5 октября 2000 года. Неожиданно пришла она … Ре-во-лю-ци-я! За год до этого в подобное б никто не поверил, а в итоге, казалось бы, вечный Слоба из тюремной камеры (я в соседней сидел, только значительно позже, разумеется, в 2013 году) отправился в Гаагский трибунал.

А начиналось все также с санкций, которые всех сперва смешили, и отмены авиасообщения сначала с одной, потом с другой страной… Еще были спортивные санкции, когда футбольные клубы с сомнительными хозяевами не допускались до еврокубков (у нас страна больше, а, значит, и масштабы больше — под вопросом целый ЧМ по футболу).

Кто-то из читателей обязательно скажет: «ишь, как лихо переобулся», отошлю их к вышеупомянутому посмертному интервью Александра Тиянича. После приговора я вошел в некое состояние afterlife. В определенных условиях, очень редких, у человека есть возможность говорить то, что он думает на самом деле, не ориентируясь ни на кого. И я воспользуюсь этой короткой возможностью говорить правду, кто знает, что будет потом.

Собственно, антикоммунизм был фундаментом журнала «Русский Образ» и коллектива, что вокруг него складывался. Это хорошо видно, скажем, по моему первому онлайн-проекту, военно-историческому сайту «Войник«. Мои идеологические корни это белогвардейщина, русская эмиграция, НТС (Национально-трудовой союз нового поколения — эмигрантская политическая организация). Известно все это моим оппонентам, а потому я давным-давно был там промаркирован как «мыслепреступник», а любые мои лоялистские заявления / контакты / действия воспринимались ими лишь как «легенда внедренца». В 2009 году видел служебную записку, где на полном серьезе было написано, что я агент разведок стран НАТО, готовлю удар в тыл российской армии в случае НАТО-агрессии, а для этого собираю молодежь и насаждаю им в головы власовщину (да, да, мне очевидно, и я не стесняюсь об этом говорить, что Вторую мировую начали Гитлер со Сталиным вместе, напав на Польшу, причем Сталин сознательно разжигал пожар мировой войны, а Гитлер на нее даже не рассчитывал).

Вкратце вот поэтому я и в тюрьме. А думал бы правильно (не только говорил, но и именно думал), по выданному утвержденному шаблону, и все бы было у меня хорошо, даже в пул придворных восхвалителей державности, пожалуй бы, взяли.

Вопрос №23. Тихонов утверждает, что БОРН — это калька с эсеров, а вам какая ближе партия царских времен?

Вероятно, Конституционные Демократы. К тому же, Милюков был историком. Могу сказать, кто точно не близок. Это черносотенцы как партия власти того времени. Характерно, что большая часть «кадетов» в итоге оказалась в белом лагере, а многомиллионная партия «державников-государственников» перекрасилась и вступила в новую партию власти — РСДРП (б). «Агрессивно-послушное большинство» уже тогда существовало. Линия разделения, думаю, проходила по уровню образования. «Кадеты» максимально воплощали ту тонкую евро-прослойку нашего народа, что в итоге частично была уничтожена, а частично, образно говоря, «ушла за море с Врангелем». А остались носители азиатско-ордынской матрицы, те, которые «да скифы мы, да азиаты мы»

Вопрос №24. Учитывая все обстоятельства, какой реальный ожидаете срок? Собираетесь обращаться в Гаагу?

Варианта было два — либо домой с вердикта (как оказалось, этого варианта к моменту суда уже не было, окончательное решение в конце зимы — начале весны было принято), либо ПЛС (пожизненное лишение свободы). Есть мнение, что не нужно было ничего писать, сохранять тишину. Но писал я правду — меня в детстве так научили, надо говорить правду. Сила в правде. И Данила Багров, культовый для моего поколения персонаж, так же говорил. Плюс это часть стратегии обороны в условиях плена.

Под Гаагой Вы понимаете ЕСПЧ-Страсбург? Международный трибунал по бывшей Югославии меня пока не запрашивал, хотя в МГС звучало, что я хотел ремейка Первой мировой, а потому приказал Тихонову взять пистолет как у Гаврилы Принципа, и чуть ли не приказал в 2003 году майору Звездану Йовановичу из JSO застрелить премьера Сербии Зорана Джинджича. Конечно, будем обращаться. Причем там объединится жалоба сербских адвокатов на экстрадицию и российских на приговор.

Как чекисты говорят: «Ты что на Родину обиделся?». Нет, конечно, просто затаил немного. И хочу взыскать с нее и получить компенсацию, утвердив тем самым свою правоту и моральную победу. Впрочем, надо разделять, конечно, РФ и Родину (еще Бжезинский верно подмечал, что россияне почему-то смешивают эти два понятия). А «Родина это не территория, Родина — это набор подвигов», по меткому замечанию Дмитрия Александровича Корчинского (сами поставьте там сноску со звездочкой, если в РФ он запрещен).

Вопрос №25. Что за обещания Хасис «выслать открытку с Женевского озера»?

Елена Масюк в «Новой» серию публикаций про ситуацию в СИЗО сделала. Читателя, вероятно, шокирует, а в тюрьме обыденность. И это лишь верхушечка айсберга. И я за 3 года видел лишь краешек, но уже могу написать много-много такого, от чего приличному человеку хочется поседеть.

Я не хочу жить в стране, где есть страшные места, где людей пытают. Тут их полно. У меня совесть неспокойна будет, когда я буду знать, что в периметре одной страны со мной какой-нибудь Сандркин вырывает ногти у очередного Карпюка и Клыха, или «неизвестные» тащат очередного Развозжаева в брянский подвал, а Горбунова на конспиративную квартиру. Вот в Швейцарии таких мест нет, поэтому как только моя экспедиция закончится, я отправлюсь ее описывать на берег Женевского озера. Я хочу жить в цивилизованной стране и на сегодня показателем цивилизованности для меня, в первую очередь, служит наличие независимой судебной системы и адекватной пенитенциарной. Ну и прочие бонусы типа свободы слова. К тому же мне импонирует Швейцарская народная партия. Но, конечно, экспедиция может закончиться, когда наступят некие неизбежные изменения, а там может будет шанс на построение цивилизации здесь. Конечно, все будет зависеть от коридора возможностей / горизонта перспектив, но на сегодняшний день у меня острая аллергия на это королевство кривых зеркал. Вспоминается оруэлловский «Скотный двор» и трудяга-Конь с его «Да здравствует, товарищ Наполеон!».

Вопрос №26. Вы пишите, что для Хасис это игра ради УДО. Выходит, это не искреннее раскаяние? Соответственно не стоит обольщаться тем, кто считает, что пенитенциарной системой удалось добиться исправления?

Какого «исправления»? Опустим здесь, что в аббревиатуре ФСИН литера «И» означает нейтральный термин «исполнение» (наказания, соответственно), а не «исправление». Вряд ли эта система хоть одного человека исправила, она может только портить, уродовать и сквозь мясорубку прокручивать. Да, не Скандинавия. Да, своего Нильса Кристи у нас нет. Но к Хасис все это неприменимо, т.к. она не какой-то там уголовный преступник, она идейный революционер, а его нельзя «исправить», его можно только сломать. Хотя есть в истории примеры, когда сломанный революционер переквалифицировался в державника-охранителя. Вот Достоевский Ф.М., например. Сломали ли Хасис? Думаю, просто принудили к сотрудничеству, а женская психика очень адаптивна. Скажем так, перевербовали. Наиболее, наверное, подходящее обозначение для ее случая.

Хасис нарисовали горизонт перспектив, в том числе и после освобождения, так как ее огненный темперамент и готовность мгновенно адаптироваться, меняя точку зрения на 180 градусов, актерские способности (мой вопрос про театральный кружок — посещала ли, почему-то не попал в протокол суда) в сочетании близки к уникальным. Из нее сделают общественного деятеля и правозащитника. Это находка для них, говорю без иронии.

Вопрос №27. Ролик для Стерлигова. Хасис говорит про геев, вы про право на оружие. Так в чем заключалось сотрудничество? Их не смущало, что праворадикал, как вас называют, снимет для них ролик? Как вы считаете, там много сочувствующих Вашему делу?

Давайте, сначала определимся с терминами. Кто называет «праворадикал»? Мне рассказывали люди, пропустившие ТВ-новости через свое сознание, что я чуть ли людей не жарил и ел с горошком. Есть термин-ярлык. Вы пробовали проверить, скрывается ли за ним факт? Все мои тексты есть онлайн, где же, где я допустил что-то радикальное? В ICQ был циничен? Ну извините, а в тюрьме я, бывает, ругаюсь матом и с преступниками обсуждаю воров. Можно подзаписать и онлайн выложить — будет доказательство всего. Внимательно слушаю на “Эхе” выступления Латыниной, Веллера, в том числе по Кёльну. Их публичные высказывания значительно радикальнее моей публичной позиции по ряду вопросов. Давайте и их тогда праворадикалами называть.

Может быть, я проводил какие-то мероприятия экстремистские? Нет, я всегда на все получал разрешение. Знаю, как это бесит оппонентов, и аккуратность в словах, и стремление к официальности. Это они верхом цинизма как раз считают — так причудливо у них устроено сознание. Эти люди, которые стремятся на всех налепить ярлык, каждое утро придумывают, что бы еще запретить, когда, казалось бы, все уже запрещено, рассказывают нам, что украинцы набили трупами «Боинг» и сами его сбили, утверждают, что Украина на нас напала, всю Европу полонием-210 измазали, а теперь говорят, что Литвиненко от рака умер и тд. Словом, держат нас за цепных дураков, которых они будут, не выбирая выражений, натравливать на тех, на кого укажет логика момента. Я пастор Нимёллер по сравнению с ними.

Вопрос №28. Вы говорите, что «Хасис не видела приказа по Скайпу убить Маркелова — а на очной ставке 2014 года говорила, что видела, даже ключевое слово. Почему так непрофессионально действуют по-вашему?

Так непрофессионально действуют, потому что нет необходимости работать тоньше — и так пролезет. В условиях управляемых медиа, управляемого суда не надо никого ни в чем убеждать, задача имитировать суд, видимость суда. Это в целом беда современной РФ, тут практически нет истинных, наполненных смыслом сущностей, одни имитации и потемкинские деревни. А все живое пугает нашу т.н. «элиту» и моментально подвергается разборке на запчасти со стороны регуляторов.

Вот, скажем, что «ЕдРо» партия что ли политическая? В лучшем случае профсоюз чиновников, да и то не тянет, настоящий trade union отстаивает свои корпоративные интересы и защищает своих членов. В «ЕдРе» все готовы при малейшей угрозе сдать всех. Советская аппаратная логика. Своих не сдает только один человек — Рамзан Кадыров и за одно это он достоин всяческого уважения.

После очной ставки с Хасис чекист говорил мне, мол, «присяжные любят театр». Потому Хасис расписывали роль с яркими хлесткими обвинениями под ее темперамент. Но я много писал, анализировал и своими публикациями, основанными строго на материалах дела, т.е. на системе координат, изначально заданной оппонентами, постоянно уменьшал стороне обвинения пространство для фантазии. Поэтому мои публикации их так и раздражали, поэтому за моими записями (конспектами ознакомления с делом и их анализом) была развернута охота на «Капотне».

Вопрос №29. Сначала был сделан вброс про АП, а теперь ощущение, что дали заднюю и судья требует не говорить про политику? Насколько политика башен влияет на процесс?

Летом 2013 года я подробно ответил на вопросы The New Times еще из сербской тюрьмы, рассказывая, как связано мое преследование с внутриэлитным противостоянием, но из всего массива текста Зоя Светова взяла почему-то всего несколько строк для своего материала, вышедшего в мае 2014 года. В августе 2015 года мы опубликовали текст того интервью на моем сайте полностью.

Вопрос №30. Есть мнение, что за знакомство с Вами система наказала Мищенко и Симунина остановкой карьеры. Аргументированное мнение? Стоила игра свеч, если за вас не заступились ни эти люди, ни Сурков, ни Рогозин? Почему кстати вы к ним не обращались?

Пока я из всех персонажей статьи в «Новой» от 28 сентября 2015 года самый наказанный. Может, система меня наказала за знакомство с Паша Карпов crew? Так вроде бы логичнее. Не было бы этого знакомства, не было бы и зеленого света разворачивать кружок друзей вокруг журнала в общественно-политическую организацию «Русский Образ». Соответственно, арест Тихонова не затронул бы никого из нас, так как при отсутствии связи с Карпов crew не было бы искуса разворачивать конспирологическую теорию, да и вне субкультурного конфликта «Русский Образ» и Blood & Honour, моего общения с Тихоновым было бы значительно меньше, а с Хасис, скорее всего, вообще бы не познакомились.

Но. Меня всегда привлекала политика, поэтому я не жалею ни о знакомстве ни с кем (продолжаю с большим уважением относиться ко всем этим людям, имею в виду «Карпов crew», хоть они и «забыли» согласовать нарисованный ими коридор возможностей / горизонт перспектив с силовиками, о чем я им много раз говорил, а они отвечали: «Все ОК, мы решим, мы власть», но и это я понимаю, чувство эйфории и головокружения от успехов мне знакомо), ни о собственных шагах. Это мой выбор. Я понимаю, что многим хотелось бы потешить свое самолюбие, услышав от меня, мол, игра свеч не стоила, вот вернуться бы назад и я бы держался бы подальше от всего этого, вступил бы в армию офисных клерков, не лез бы в политику и всем советую и тд. Но я абсолютно уверен в собственной правоте и однажды избранном пути. Я чувствую в себе силы и потенциал и хочу его реализовывать. Остановить можно меня только одним способом, но и тогда победа будет за мной, а для меня очень важно быть правым (во всех смыслах). Да, это амбиции. Не вижу в этом ничего плохого.

Про обращения за помощью. Вы знаете, учитывая, что мое имя сегодня подвержено исключительно негативной индексации в медиа, давайте хотя бы не будем распространять этот процесс на других людей, к которым я отношусь с большим уважением.

Вопрос №31. Вы говорите, что Кудрявцев полностью зависим. В чем выражается зависимость?

Зависимость выражается в том, что этот человек готов приходить в зал суда и сообщать очевидную неправду, языком Уголовного кодекса это называется «дача ложных показаний» статья 307.

По факту чего я и мои защитники обратились в правоохранительные органы. Этот человек в зале суда многократно соврал.

— Заявил, что работал в МГЕР. Мы запросили МГЕР, он никогда там не работал, не состоял и соответственно телефон ему там не выдавался (он говорил, что у него была трубка, номер которой он «не помнит», выданная МГЕР). Характерно, что суд отказался приобщить ответ МГЕР к материалам дела и огласить перед присяжными.

— Заявил, что в конце 2008 — начале 2009 года он обратился в правоохранительные органы с заявлением, где сообщил, что я якобы сообщил ему о преступлении — убийстве Азизова и вербовал в БОРН. Я этого человека не знаю, его нет и у меня в телефонах, «друзьях» в блогах / соцсетях, интернет-пейджерах и e-mail-переписке. И самое главное, если он обращался в органы — давайте проверим, чего проще? Существует КУСП (Книга учета сообщений о преступлениях) — и если он обращался — там должно быть это зафиксировано, а если нет этого, то он — лжесвидетель. Мы ходатайствовали перед судом о запросе в МВД — суд нам отказал. На наш же запрос МВД закономерно ответил, что не имеет права отвечать на данный запрос и может ответить лишь на запрос суда. Но суду это было неинтересно.

— Заявил, что он был знаком с Н.Б. Ивановым и Леонидом Симуниным. А вот Симунин в зале суда четко сказал, что не знаком с Кудрявцевым и выразил большое сомнение, что этот никому неизвестный «активист МГЕР», никогда там не состоявший, может быть знаком с Н.Б. Ивановым. Но это мелочи.

— Заявил, что Тихонова видел крайний раз в 2006 году, с Хасис незнаком и ни в каких радикальных организациях он никогда не состоял. И тут самое интересное. В зале суда свидетели Волков и Хасис сказали, что знают Кудрявцева как Мишу по кличке «Медик». Знакомясь с материалами дела в ходе подготовки к апелляции в ВС, я был внимателен и вот что обнаружил.

Из показаний Евгении Хасис от 9 февраля 2012 (том 45, л.д. 10-11):

«Саша (Паринов) сказал, что не контактирует с ним (Тихоновым) напрямую на данный момент. При этом он знает человека, который занимается оказанием ему помощи, финансовой поддержки. Этот человек, как впоследствии мне стало известно, прозвище у него «Медик», также активный член «ОБ-88″ Зовут его Михаил».

Далее:

«Паринов попросил меня подумать, есть ли у меня какие-то возможности осуществить переход границы для Никиты Тихонова. Я подумала, поспрашивала у знакомых и сказала, что да, есть такая возможность… Я сообщила эту информацию при личной встрече Михаилу, который контактировал с Никитой Тихоновым. Встречались мы с Михаилом в конце 2007 года в «Кофе Хауз» на Пушкинской. Сообщила, что у меня есть возможность помочь с переходом границы для Тихонова… Через какое-то время Михаил со мной связался, сказал, что Никита готов со мной встретиться, обсудить нюансы перехода через границу. Мы назначили встречу, встретились с ним в ЦУМе на втором этаже, обсуждали нюансы перехода».

А в прослушке квартиры Тихонова и Хасис Никита Тихонов говорит, что он по «»Медику» также расстраивался» (том 30, л.д. 197). Уж не осенью ли 2008 года «Медик» расстроил Тихонова? Допускаю, что описываемая Кудрявцевым встреча была, но не со мной, а с Тихоновым (пытались же блокнот, написанный рукой Тихонова, в зале суда мне приписать, а Хасис кричала «они были друзьями, а значит они одинаковые»). А тогда, возможно, и заявление в КУСП есть, но только там опять же не я, а Тихонов и тем интереснее добиться от суда запроса в МВД. Ведь если мое предположение верно, то получается, что Тихонова «плотно вели» еще с конца 2008 года, а могли ведь и Маркелова с Бабуровой спасти. Саммари: «Медик» был «активный член ОБ-88″, был знаком и с Хасис, общался и с Тихоновым, вероятно, знаком и с другими фигурантами «БОРН», т.к. все они выходцы из ОБ-88. Вот и крючок, понятно почему у него есть мотив сотрудничать. Почему так важен факт лжесвидетельства Кудрявцева? Кстати, это было очевидно даже ангажированным наблюдателям.

Вот, например, Ярослав Леонтьев на сайте «Открытой России» (забавно, что «Открытая Россия» отказывается признавать меня политическим, хотя сам МБХ находится в абсолютно той же ситуации, что и я, с той лишь разницей, что он в Лондоне) пишет: «Подвирало и гособвинение. Они вызвали довольно сомнительного свидетеля — Кудрявцева по кличке «Медик», который когда-то принадлежал к скинхедской группировке «ОБ-88″. Он выглядел как явно подставной». Так вот, важно это, т.к. в соответствии с российским законодательством доказанный факт лжесвидетеля в процессе есть основание для пересмотра дела. И если публично, я думаю, мы уже доказали то, что Кудрявцев — лжесвидетель, юридически нам еще предстоит это сделать.

Вопрос №32. Какие у вас любимые сербские песни? Удается поддерживать знание языка?

Да, знание языка удается поддерживать — я веду дневник на сербском, причем на шатровачком диалекте (аналог арго наших коробейников), так что оппонентам в случае изъятия (кражи) придется потратить много сил на дешифровку.

Относительно сербской музыки. Отвечу подробно. Очень люблю этнику. Это и т.н. староградске песме — жанр, развивавшийся в сербских городах, входивших в Австро-Венгрию, и македонске песме — эпический цикл песен из Старой Сербии (нынешней Македонии). Из современной этники это фолк-группа «Теодулиjа» (их концерт я проводил в Москве в 2005 году). Бесподобны сербские трубачи (это национальный сербский музыкальный инструмент), которые собираются на ежегодный фестиваль в Гуче. Еще более старый инструмент это сербские гусли — аналог банджо с одной струной, который ставят на колено и извлекают звуки с помощью смычка. два года я привыкал к этой музыке — звук словно кошка скребет по стеклу. Потом оценил (голова болеть перестала и смог оценить) и очень полюбил эти тягучие, длинные баллады о национальных героях еще из османских времен, исполняемые с таким своеобразным ориентальным прононсом. Благодарен музыкальной семье лидера сербского «Образа» Младена Обрадовича, который был у меня в суде свидетелем защиты, за то, что они привили мне любовь к хорошей сербской музыке.

В Югославии был очень сильный рок-н-ролл, живой, сильный, развивавшийся под влиянием и в непосредственном контакте с британской сценой. Из лирического рока я бы выделил Баjагу (с его творчества я когда-то начал знакомство с сербской сценой, еще на аудиокассетах). Ну и мой любимый ВИА «Риблjа Чорба» Боры Джорджевича. Честный,бескомпромиссный рок-н-ролл. Ярый патриот, Бора — вечная оппозиция — он клеймил Тито, Слобу, клеймил Бориса Тадича. Это человек уровня Юрия Юлиановича Шевчука, с не менее острыми текстами и глубоким пониманием мира. Оттуда же, из конца 70-х, вышел и словенский «Лайбах», чье электронно-тоталитарное творчество безумно нравится мне своей эстетикой и энергетикой.

Ну и, наверное, напоследок мой фаворит — рэп-коллектив «Београдски синдикат». Так получилось, что мой сербский адвокат (один из) Феджа Димович (Федя Дымов) учатник этого объединения. Яркие, агрессивные, остро-социальные тексты. Необычайно широкая тематика — от битвы на Косовом поле и Первой мировой до революции 5 октября 2000 года («Петог октобра била прилика добра!») и жизни белградской улицы («мафиja, муриja, држава хаjдучаjа»). Это голос сербской молодежи, тех, кто вырос под санкциями и бомбами НАТО, тех, кто остро чувствует национальное унижение и жаждет реванша. В России творчество «БС» я думаю попало бы в список экстремистских материалов, чего стоит хотя бы текст: «Спремни као «Хамас», репетирам Калаш». При этом «БС» собирает полные стадионы, объединяет и заклятых врагов — «гробарей» и «звездашей» и присутствует в ротациях всех FM-радиостанций. Если сравнивать с российской сценой, то это микс творчества Андрея «Бледного», Маши «Барто» и «Кровостока» (насколько я знаю, все они присутствуют в Index Prohibitorum Минюста), возведенный в степень.

Вопрос №33. Айфон, анонсы мероприятий через жж, скайп — насколько, как показал, опыт это было безопасно? Следующему поколению политизированной молодежи как стоит себя обезопасить? Или это все равно ничто, если попадаешь в руки органов? Сильно коррелирует собственный опыт с тем, что рассказывали люди, которые помогали в рамках русского вердикта?

Что значит «безопасно»? «Русский Образ» вел открытую общественно-политическую деятельность легального характера. Если Вы ждете от меня советов по конспирации для подпольщиков, то не дождетесь. Мы живем в прозрачном мире. Если кто-то считает, что может спрятаться, то, скорее всего, он пребывает в иллюзиях. А iPhone хорош тем, что его невозможно отключить, а, следовательно, если кто-то впоследствии будет утверждать облыжно, что он с тобой знаком и встречался (как Железнов или Кудрявцев), или же утверждать, что он виделся с тобой больше 6 раз и ранее июля 2009 года (как Хасис), то можно смело требовать запроса данных ваших пересекающихся биллингов, iPhone постоянно в эфире, его невозможно отключить. Экспертиза моего iPhone из 2009 года со всем контакт-листом, кому интересно — том 31, л.д. 78-86.

Вопрос №34. Вам самому важно узнать, кто убил людей, к убийству которых причастен БОРН? Кому это, как вы считаете, могло быть выгодно, и кто в состоянии был сделать?

Мне важно узнать, кто убрал Тихонова из базы федерального розыска в 2007 году, кто убедил его вернуться в Москву из Украины осенью 2008 года, кто слушал откровенные разговоры Тихонова и Хасис в октябре 2009 года, но не предотвратил убийство Хуторского, которое они там обсуждали, кто «вел» Тихонова минимум с февраля 2009 года, а, вероятно, значительно раньше, кто в сентябре 2009 года разместил текст на сайте «Правые новости» задним числом, указав датой публикации март 2009 года, в котором взял ответственность за убийство Филатова и Маркелова, подписавшись «БОРН». И это был не Тихонов, он не признает этого заявления, у него изъята карта памяти с теми заявлениями, что рассылал он (по Азизову и Халилову).

Ну а изображать гуманиста, который, прочитав сводку криминальной хроники, теряет аппетит от переживаний за посторонних людей, я не буду. Рассудком я за закон и порядок в их европейском понимании, потому факты нарушения записанных правил меня расстраивают, т.к. влияют негативно на всю общественную систему. Но это исключительно рассудочные реакции и далеко не первого порядка. На эмоциональном же уровне я воспринимаю лишь то, что касается меня и моих близких. Скажем, сюжет на ТВ про беженцев из Сирии или геноцид в Руанде оставит меня равнодушным. Уверен, что подобным образом устроено восприятие множества людей, но большинство стесняется признаться в этом, следуя стереотипной, принятой в обществе как норма в данный момент времени, модели реагирования. Шаблонные искусственные реакции, хотя вот события в Кёльне меня лично задели. Это вызов и оскорбление всем европейским мужчинам.

Вопрос №35. Вы знакомы с дилеммой заключенного? Вы не считаете, что Тихонов и Вы сами были поставлены перед ней, так как сначала дали на него показания, потом он на вас. Насколько вообще легко, озираясь назад, предугадать такие вещи?

Начнем с того, что я Тихонова своими показаниями не сажал, на момент их появления он уже был арестован и сам дал признательные показания, а после еще 3 раза в течение ноября-декабря 2009 года повторил их (том 44, л.д. 176-231). Вопреки его утверждению, официально от них он не отказывался. Я же, благодаря Вашему журналу, смог дать знать общественности, что выбитые у меня показания являются юридически ничтожными. Как мог отказался. Я же сижу и был арестован благодаря выбитым показаниям Тихонова. Будучи сломлен морально и физически, он их повторил и в зале суда.

Для того, чтобы хотя бы минимизировать применение в России разнообразного внеправового давления, нужно внести в УПК два достаточно серьезных изменения. Первое. Упразднить разнообразные «предварительные показания» — официальные показания только одни, в зале суда, как во всех цивилизованных странах. Второе. Свидетель, так же, как и обвиняемый, должен допрашиваться только в присутствии адвоката. Иначе же из людей выбивают показания разнообразнейшими методами на следствии, на суде они уже без давления оглашают свою обдуманную концепцию защиты, но тут обвинение просит огласить первые показания и суд верит первым показаниям, неважно, как они получены и что человек говорит в зале суда.

В случае же с допросом свидетеля без адвоката человеку говорят — «хочешь остаться свидетелем, тогда адвокат тебе не нужен. Если все же он тебе нужен — поменяю тебе статус на подозреваемый и будем допрос проводить с адвокатом, но уже в СИЗО». 9 ноября 2009 года мне именно это и говорили. Вот историк Ярослав Леонтьев, разбирая это дело и сравнивая с эсерами на сайте «Открытой России», писал, мол, «какая некрасивая история, вот эсеры всегда молчали». Это потому что методы императорской тайной полиции были изрядно гуманными. А у нашего CENSORED за плечами опыт Ежова и Ягоды, плюс наработки Ф.Д. Бобкова по дискредитации в общественном пространстве. Надо им будет — любой даст любые показания, включая Ярослава Леонтьева. Вопрос времени и приложенных усилий. Да и эсеры не все молчали, и сам Савинков талантливо присягнул красным, написав текст “Почему я признал Советскую власть?”, и тут же умер.

Здесь напомню сцену из сериала «Апостол», где герою Фоменко следователь говорит: «Ну что ты ломаешься, майор, сейчас применим 3-ю степень, все равно все скажешь», а потом заводят мать персонажа Фоменко слегка растрепанную и помятую и она говорит: «Это мой сын, его имя Вернер фон Браун, он полковник германской военной разведки, глава резидентуры в России». И самое главное. Необходимо помнить, что слова должны подкрепляться фактами, а не другими словами. Показания лишь объясняют факты — события, доказательства. Если слова фактам противоречат, значит, что-то не так с этими словами. У Тихонова же с Хасис версии показаний противоречат не только фактам, логике, но и самим себе (временами даже в рамках одного допроса) и друг другу. Все это я подробнейшим образом разобрал и опубликовал еще до суда, а после мы повторили это и в зале суда, в итоге Тихонов вообще отказался отвечать на вопросы защиты.

Вопрос №36. Почему не вызывают Касича, как вы считаете?

Потому что даже сам факт его вызова поставит под сомнение и без того зыбкую концепцию обвинения. Придется поднимать пласт информации, относящейся к расследованию 2009 года и фигурирующий в материалах дела, который одним своим существованием опровергает все выдвинутые против меня обвинения по эпизоду Джапаридзе. Мы выложили документ, относительно подробно описывающий расследование того времени по этому делу. Посмотрите, сколько фигурантов, переплетений интересов, живых показаний, фигурантов. Где все  это? Так как этот документ не экспертиза, и не протокол, то огласить в зале суда нам его не дали. А интересно было бы ознакомиться со всем массивом документов того расследования, но, к сожалению, они не были приобщены к уголовному делу.

Вопрос №37. Вы говорили про книгу «С чего начинается Родина?». Расскажите, хотя бы тезисно что там.

Часть глав из книги «С чего начинается Родина?» опубликована в моем блоге на «Эхо Москвы». О чем эта книга? О моем опыте в общественно-политической жизни России 2000-х годов, взаимоотношениях с миром «большой политики», нашей работе с Дмитрием Рогозиным в рамках «Конгресса Русских Общин», совместной деятельности с Николаем Курьяновичем, как мы с ним по собственной инициативе на карманные деньги занимались серьезной внешнеполитической деятельностью в Сербии, Боснии, Черногории. О становлении «Русского Образа». О разнообразных происках разного рода провокаторов. Также в книге я анализировал аналогичный европейский опыт, т.е. как функционируют регуляторы там и как это сказывается на политических активистах. Привожу классический пример — взрыв вокзала в Болонье в 1980 году, в котором обвиняли и левых, и правых. Использовали как повод для разгрома и тех, и других. И лишь 3-й суд, уже в 1995 году, установил, что вину за взрыв несут сотрудники Госбезопасности.

Еще процитирую из материалов дела (том 34, с. 228-234) мои дневниковые записи марта 2013 года: «Я нужен им в «Лефортово». Чтобы «поработать» со мной, как с Развозжаевым где-нибудь между аэропортом и «Лефортово», а потом долго и нудно крутить там месяцами уже вежливо. Одновременно формируя негативную картинку в СМИ и мучая моих друзей допросами, подставами и прочими «спецоперациями». А суд вполне может быть и нелепо-бездоказательным. В России к таким уже привыкли».

Угадал ведь все точно. В тот момент знал, что в Москве оппоненты активизировались и неожиданно возможна стала экстрадиция, но подобных обвинений даже представить не мог. По статье «Укрывательство» еще мог, на статью 222 оппоненты напирали, допрашивая моих друзей летом 2011 года, требуя дать показания, мол, я из Сербии оружие вожу, в багаже депутата Мищенко. Вот что-то подобное мог предположить. Слышал даже обвинение, мол, я и Александр Белов «Манежку» устроили. Ее Н.Б. Иванов зимой 2010/2011 активно ширил, естественно, пел с чужого голоса. НТВ в ноябре 2013 года повторило по сути это измышление, добавив еще Мухтара Аблязова как спонсора. Ну и наседка в «Лефортово» по имени Боря меня на эту тему активно раскручивал. Даже это мог предположить.

Далее продолжу цитировать. «БИА знает, где я живу. Полиция тоже. Живу собственно по прописке. Надо теряться. Билет домой и в будущее это литературный успех. Хватит уже лениться и покрываться плесенью в Карловцах. Надо двигаться на нелегал, соблюдать конспирацию и активно писать-писать. Даю себе на это времени до конца мая. Оппоненты пишут ведомственные докладные записки, где складно брешут свою версию. Значит, мне надо написать мою книгу, где я для широких масс изложу не версию, а правду. Заодно подсвечу тех оппонентов и их деятельность, кого нам удалось установить». Надо было все же в Южную Америку ехать или в анклавы на Косово — там бы успел написать и опубликовать.

Тут следует пояснить, что в феврале 2013 появилось интервью Хасис, где она прозрачно намекала на меня, Юлия Латынина открыто назвала меня «вдохновителем», плюс с разных сторон (как из Москвы, так и из сербских источников) поступили тревожные сигналы, мол, «силы зла активизировались». В начале марта у меня в соседнем доме появились четверо странных не местных молодых людей с микроавтобусом. Я всерьез опасался сценария а-ля «похищение Развозжаева».

Съездил в Белград, посоветовался с осведомленными людьми и по итогам беседы решил временно передислоцироваться в Республику Сербскую / Босния. Одновременно я оставил за собой дом, что арендовал в Сремских Карловцах с 2010 года, где был официально зарегистрирован в полиции, на этот дом были выписаны все мои виды на жительство в Сербии. Сейчас думаю, что мои действия были вполне логичны, т.к. был же потом и пример Максима Марцинкевича, которого просто запихнули на Кубе в самолет, а над океаном «стоп-кран» не выдернешь, никакой официальной процедуры экстрадиции не было. Формально же в розыске в Сербии я был с 30 апреля по 8 мая 2013 года. То есть 9 дней. К сожалению, я заблаговременно об этом не узнал, во многом из-за собственной беспечности, т.к. все же не мог до конца поверить — «ну какая экстрадиция, по обвинению в чем?».

Вопрос №38. Вы говорили, что в обстоятельствах гибели Джапаридзе и Филатова нападение на Маркелова в 2004 — большая роль Железнова. Можете рассказать подробнее?

Не «я говорил», а такие выводы я сделал из материалов уголовного дела. Маркелова Вы перепутали с Рюхиным. Подробно писал об этом в тексте «Как расследовали убийство Маркелова«.

Вопрос №39. Как вы относились к анти-афа.орг? Как вы сейчас относитесь к заявлениям Железнова, что пора остановить субкультурную войну и зарыть топор войны?

Я даже никогда не был на этом сайте. Аналитика по левым радикалам была интересна мне ровно в период финансирования ее подготовки. К сожалению, в это время данный сайт уже не функционировал, т.к. Железнов сидел в тюрьме. Поэтому даже само название этого сайта я впервые увидел в материалах дела, в рапорте по расследованию убийства Рюхина. Про заявления Железнова мне ничего не известно, жалею, что он до сих пор не в застенках СБУ как агент-провокатор.

А относительно взаимоотношений левых и правых — я за взаимное признание. Мы признаем право на существование их диких взглядов, они признают за нами право на наше мракобесие. «Плюрализм мнений», как говорили в перестройку. Совместные круглые столы, конференции и тд. пойдут на пользу и стимулируют эволюцию и развитие у обеих сторон. Сегментизирование общественно-политического поля выгодно лишь регуляторам этого поля, они читали Макиавелли и придерживаются его принципов. Отказываясь от взаимных претензий и заявок на обладание истиной в последней инстанции, разновекторные политические силы тем самым выступают единым фронтом против регуляторов, поэтому последние всеми силами будут противодействовать подобному налаживанию отношений, потому что, чем шире коалиция, основанная на взаимном признании, тем выше угроза того, что эта коалиция конвертирует объединенный общественно-политический потенциал и регуляторы не выполняют своего предназначения — разделять, стравливать и оберегать власть от конкуренции. Но попробовать стоит в любом случае, поэтому можно воспринимать вышесказанное как приглашение к началу дискуссии.

Вопрос №40. Вы говорите, что на Тихонова вышли уже через 2 месяца после убийства Маркелова. Тогда почему так долго тянули с задержанием?

Это не я говорю, это мои выводы, основанные на анализе материалов дела. Вообще, уже 29.01.2009 года Краснов дает поручение отработать радикальных националистов, т.к. Маркелов участвовал в уголовных делах по ним (том 6, л.д. 106). А фамилия Тихонова впервые в деле упоминается днем ранее, 28.01.2009 в протоколе допроса Олега Бабича, помощника депутата Олега Шеина (том 51, л.д. 101-105). Он рассказывает про совместную работу по делу об убийстве Александра Рюхина и говорит такую фразу: «По данному делу несколько человек было осуждено. Данные граждане состояли в партиях «СС» (Славянский союз) и «Формат18″. Двое из данных граждан по фамилии Тихонов и Паринов находятся в международном розыске, об этом мне стало известно от Станислава Маркелова». Шли от реального мотива и уже через 10 дней по сути раскрыли убийство. Подробно об этом я писал здесь.

А 17.03.2009 Краснов дает поручение Управлению уголовного розыска установить местонахождение Тихонова и Паринова (том 6, л.д. 108). А 31.03.2009 УУР дает ответ Краснову (том 6, л.д. 111): «Александр Паринов в розыске, Никита Тихонов — не в розыске, по адресу не появлялся 2 года, со слов отца живет за границей. А в томе 28 л.д. 197-199 есть «постановление о розыске Тихонова Н.А.» от 27 ноября 2006 года. Это я так занудно перехожу к ответу на «почему так долго тянули». Все просто. Нужно всего лишь заглянуть в базу федерального розыска и уточнить, кто в период с 27 ноября 2006 года по 30 марта 2009 года снял Тихонова Н.А. с розыска и на каком основании. И вот этот человек знает ответ на вопрос «почему долго тянули», ну или покажет пальцем на своего непосредственного начальника, который точно знает. И мы же понимаем с вами, что это мы не можем уточнить (а суд отказал в нашем ходатайстве о запросе данной информации), а все облеченные полномочиями люди все прекрасно знают в подробностях.

Я же могу лишь с большой степенью вероятности предполагать. Задача милиции (я был в Лондоне, знаю как выглядит полиция, у нас, несмотря на все переименования, именно что «милиция» в первоначальном смысле — от лат. militia — «ополчение») раскрывать конкретные преступления, чекисты же над законом, они, используя те или иные расследования как поводы, с их помощью регулируют политическую поляну и в целом общество. См. тяжелую книгу Жозе Сарамаго «Прозрение», он очень наглядно это описывает. Помните, Дуров свою долю Vk продавать не хотел и ему под колеса бросился специально обученный человек и сразу же пошли заголовки «Дуров сбил человека!». Он намек понял.

Также если вы возглавляете структуру по борьбе с подпольем, а его нет, то сперва ж его приходится создавать силами таких Егоров Горшковых с конспектами, думаю, и б.ч. джамаатов на Северном Кавказе так же появлялась. Оперативная провокация. Вот потому Тихонова до времени не трогали (и если бы не  Михаил Маркелов и дальше бы не трогали, давая «развиваться»), поэтому Коршунова несколько раз могли задержать, но не стали. Баклагина и Исаева задержали в октябре 2010, они дали признательные показания и их отпустили еще пару лет побегать, рассчитывая на их подпольную активность. Все это есть в материалах дела.

Вопрос №41. Оглядываясь на свой опыт, есть ли теперь понимание примерного количества провокаторов и курируемых в правой среде и в частности своей организации? Оправдались ли подозрения в отношении определенных людей? В чем это выражалось ранее? Насколько это повсеместно в левой среде? Удавалось ли общаться с кем-то из левой среды, кто готов на обнародование данных для ваших докладов?

Вообще в «Русском Образе» не было открытого приема, т.е. заполнил анкету и вступил. Как в Компартии — по рекомендации лишь проверенных товарищей. Поэтому провокаторов у нас не было, за исключением одного. Моя главная кадровая ошибка — Егор Горшков, тот, кто когда-то отправил Э.В. Лимонова Казахстан завоевывать. Опытный сотрудник. Все пытался нас куда-то в подполье отправить — лес, схроны, давайте бороться с проклятым режимом. Вот тут наш организационный цинизм и проявился. Вроде ж за правое дело человек зовет партизанить, как же идейный соратник может отказать? А вот так. Мы заняты — идем в паб пить «Гиннесс».

Попозже я подробнее напишу о Егоре, сейчас остановлюсь лишь на конспектах. В конце лета 2009 года Егор предложил: «Давайте я буду читать лекции по безопасности, а потом из тех, кого это увлечет, создадим Службу безопасности». Дело хорошее. Егор сам принес одинаковые тетради для всех и начал с невинных вещей из учебника ОБЖ — «теория угроз». Помните хронику с Северного Кавказа — «уничтожен джамаат, вот конспекты». Я как-то сразу об этом подумал и писать не стал. Наверное, и во все эти джамааты тоже сперва пришел свой Егор. Кстати, и фото CENSORED мне тоже дал Егор. По легенде, она была его знакомой, которую он устроил в CENSORED. Тогда, зимой 2009/2010 года он активно звал воевать с ними, мол, «да их там всего 10 человек!». А зачем давал фото? Ну чтобы потом, наверное, «найти» его при обыске у меня или, рассчитывая, что я его кому-то передам, а уже у него его изымут. Причем, целый ноутбук привез с двумя фото. Я на фото посмотрел, пожал плечами и подарил ноут 7-летнему младшему брату.

Относительно курируемы. Никто не может никому помешать вместе пить кофе. Вопрос в том, к кому у человека выше лояльность — к товарищу или к сотруднику, с которым пьешь кофе. Я уверен, что примерно о 70% контактов с сотрудниками товарищи мне сообщали. Если сообщил, значит, ОК, значит, лояльность ко мне пока выше. А вообще же, вербовка силовая через угрозы /компромат — это очень неэффективно. Лучшая вербовка — это дружба. С людьми надо дружить.

Степень инфильтрации в левой среде, думаю, такая же, как и в правой. Все люди из костей и мяса. У всех есть какие-то страхи, тайны, амбиции. Все это используют. Вербовал ли я кого-то из левых. Нет. Про данные для докладов. В цифровую эпоху достаточно просто читать и сопоставлять. Плюс всегда можно написать в соцсети и спросить. Меня это всегда удивляло, но люди подробно отвечают на прямые вопросы незнакомцам, у которых просто «живой» и идеологически схожий аккаунт. Видимо, прав Павел Дуров — «уровень приватности значительно снизился».

Вопрос №42. Вы говорили про случайную встречу с Гаскаровым. Что вы обсуждали?

Не знаю, насколько встреча с Алексеем была случайной, допускаю, что и нет. Обсуждали? Ну Алексей попытался обвинить меня в гибели своих друзей, апеллируя к окружающим. Потом обсуждали CENSORED, Алексей удивился, откуда я ее знаю. После мы уже переписывались с ним через Илью Гущина (он сидел этажом ниже подо мной, а я в тот момент соседствовал с еще одним политзаключенным — Сергеем Евгеньевичем Мохнаткиным) и, как мне показалось, смогли понять друг друга.

Вопрос №43. Вы утверждаете, что как «только Хуторской исчез, антифа-движение пошло в политику – сразу же были осуществлены нападения на КП и Румол. Но это разве не связано с характеристикой похорон, когда журналист сравнил это с похоронами бандитов. А во-втором случае месть за сотрудничество как раз РМ и РО, ведь вы сами говорили, что даже Тихонов приходил в их офис.

Про нападение на «КП». А у бандитов красивые, пышные похороны. Это нападение было медиа-поводом, по его итогам был уволен главред «КП» Сунгоркин. Попытка такого рейдерского захвата. В кулуарах тогда звучала фамилия Натальи Тимаковой, как одного из ее авторов. Но уволенным он пробыл ровно полдня и вновь стал главредом. Внутриэлитный баланс был восстановлен. В паблик это не попало. Про нападение на офис «Румола» — нападение из мести за что бы то ни было очень хорошо ложится в формат УК, Вам не кажется? А относительно Тихонова — он и в «Шоколадницу» приходил, что ж теперь их все сжечь нужно было как им оскверненные? Я уж не говорю про Госдуму, из которой он в 2005 году по работе не вылезал. Мотив обоих нападений был политический — нужно было привлечь внимание формально нейтральными силами (антифашистами), а потом добиться цели (в одном случае перехвата ресурса, в другом дискредитации), используя «экспертное мнение», т.е. аналитическую записку.

Вопрос №44. Исходя из вашего опыта анализа левых , с какой целью была сделана проба сил в Химках и затем 6 мая?

В Химках, думаю, вполне вероятно кто-то кому-то демонстрировал уличный ресурс, мол, он у нас есть, к массовым протестам мы готовы. При этом сами участники и даже те, кто их собирал, вероятно, исходили из идейной мотивации «привлечь внимание к проблеме Химкинского леса», например. То есть участники были вполне искренни. Уверен в этом. А вот давал им или нет кто-то «зеленый свет», мне неведомо. Может, и не давал. Но это абсолютно не исключает того, что кто-то приписал этот ресурс себе  «смотрите, как мы можем». Ну, примерно, как Удальцов, когда разводил Таргамадзе, рассказывал ему о футбольных фанатах, на которых он, естественно, влияние имел нулевое.

И раз уж упомянул тут «Болотное дело», вкратце его прокомментирую. Разумеется, Удальцов и Ко никакое 6 мая не организовывали, процесс был стихийно-спонтанным. Их «назначили» организаторами, чтобы примерно наказать и тем самым протест сбить (кстати, получилось). Это все банально и очевидно. Теперь про нелицеприятное видео с Гиви. Если это и является доказательством чего-то, то если только ст. 159, ч.4 «Мошенничество», но в сущности даже мошенничества там не было. Удальцов и Ко нагородили с три короба, продавая то, что случилось бы и без их малейшего вмешательства, а Гиви и рад обманываться, т.к. его задача — освоить бюджет, отчитаться в Тбилиси, встреча проведена, юани уплочены, все будет, ну и вычесть свою маржу из выданного кэша. И злосчастное видео записывал, конечно же, не Лебедев, а, скорее всего, КГБ РБ. А, может, и сам Гиви, как раз для отчетности. А потом сам же его в Москву и продал, ну или из каких-то иных соображений слил. Но это так, версии.

Были ли Химки «учениями» перед 6 мая? Если бы я писал аналитичку для АП, я бы написал, что несомненно. Но в реальности, я не знаю. Знаю лишь, что после моего ареста меня медийно пытались связать как раз с Гиви Таргамадзе, мол, я с ним встречался в Минске и все такое. Еще из сербской тюрьмы писал ответ на этот вопрос: «Тема Грузии в моей общественно-политической деятельности«. Казалось бы, это-то им зачем? Тут я вас отошлю к протоколу рукописного допроса Тихонова от весны 2013 года (том 44, л.д. 55-71), где он четко артикулирует по приказу кого и в чьих интересах он якобы создал подпольную организацию по борьбе с оппозицией. Адвокат Фейгин хорошо это прокомментировал.

Здесь напомню, где начинал свою общественно-политическую деятельность Лебедев, которого сломали на сотрудничество по «Болотному делу», даже заставили то видео назвать своим (вообще, номер в отеле не лучшее место для переговоров с т.з. безопасности, особенно в Белоруссии). В «Идущих вместе» он начинал. А в ноябре 2014 уже на НТВ про меня и Александра Белова вышел документальный фильм, мол, мы с ним в декабре 2010 года беспорядки на Манежной площади устроили на деньги Мухтара Аблязова. Я писал подробный разбор и этой НТВ-агитки. Все это такие кусочки паззла, который должен был в тот момент стать фоном внутриэлитной теории заговора, которая гласила, что протесты зимы-весны 2012 года были не просто так, а были срежессированы тем, кто ранее по долгу службы должен был бороться с «Оранжевой чумой»ТМ, но вдруг перекинулся на другую сторону. Появилась эта версия зимой 2012 года. Ровно тогда же появились и показания Хасис, с которых все и началось, где она перечисляет фамилии, которые она раньше только по ТВ слышать и могла. Один из главных авторов этой теории заговора — человек с Поволжья, о котором мы недавно узнали из анонимных плакатов, что он не гей.

Вопрос №45. Было такое устойчивое развлечение — поиск мурзилок, работающих на власть людей. Не боитесь, что у далеких от процессов людей понимание всех фигурантов именно такое?

У нас в школах логику не преподают, думаю, это одна из причин, по которой у большинства людей в голове ад, рептилоиды и аннунаки с планеты Нибиру. А думает за них телевизор. При этом оперативной памяти у них хорошо если на несколько месяцев хватает. Ценность мнения этих «людей далеких от процессов» стремится к нулю. Всех, чье мнение ценно и значимо, я знаю по именам, и все они прекрасно понимают и суть процессов, и роль закулисных акторов, и цель всего этого уголовного дела в отношении меня.

Вопрос №46. Вы часто говорите про ИРА, но вас не смущали ее социалистические корни? Чем деятельность БОРН напоминает РАФ?

Я не догматик, поэтому какие-то схематично выведенные родословные чего-либо меня вряд ли могут смутить. Ирландская республиканская армия выросла из движения за гражданские права, не вижу в этом ничего дурного, наоборот. Корни ИРА — это Пасхальное восстание в Дублине 1916 года и последовавшее внутреннее противостояние в лагере республиканцев, вылившееся сперва в конфликт былых товарищей Имона ди Валера и Майкла Коллинза, впоследствии переросший в гражданскую внутриирландскую войну начала 20-х годов. Мне ИРА интересна как малоизученный в российской историографии феномен общественно-политической жизни Соединенного Королевства и Республики Ирландия.

У меня был лишь один текст про ИРА в 2004 году, выходила статья в журнале «Факел», был такой хороший умный глянец, издававшийся на грант «ЮКОСа» в рамках Федерации интернет-образования. Давно в планах большой научно-исследовательский текст по этой тематике, но только после поездки в Ольстер. Относительно РАФ — я говорил, что Андреас Баадер и Гудрун Энслин напоминают Тихонова и Хасис. Своей одержимостью, фанатичностью и утопичностью методов и планов (сужу по прослушке их квартиры, рукописным записям и файлам из компьютера). Они где-то и в домашних разговорах мельком их упоминают, мол, «Красные бригады» так здорово все взрывали. В общении со мной Тихонов был совсем другим, значительно более взвешенным, реалистичным, интеллектуальным.

Вопрос №47. Вы написали: «Политик 21-го века, исповедующий консервативные ценности, ориентирующийся на 1000-летнюю русскую историю, может себе позволить говорить так, говорить откровенно со своим народом, называя вещи своими именами». Вы действительно во всем поддерживаете Путина и тот строй, при котором вы сидите? Вам импонируют взаимоотношения Путина с евроскептиками?

Я написал очень много пропагандистских текстов, ничего личного, работа за деньги. К выборам 2012 года по 2 поста в день писал, которые потом у топ-блоггеров появлялись. Да-да, они продажны. Нет, нет,напрямую не общался, был просто райтером. Много писал про конфликты хозяйствующих субъектов, губернаторов, олигархов, конечно же, заранее зная, кто плохой, а кто хороший. Даже не интересовался, где они публикуются, потом с удивлением, бывало, узнавал свои строки где-нибудь в «МК» или «Независимой газете», но я никогда не подписывал их своим именем, т.к. это райтинг, PR. Вообще стараюсь своим именем подписывать лишь то, с чем я более-менее согласен, чтобы потом не было стадно. В случае с этим текстом, который Вы цитируете, я изменил своему правилу и теперь мне стыдно. Но перед судом все было поставлено на победу и в случае иного вердикта это было бы логично и оправданно.Тогда бы я Вам не признался в том, что немного стыжусь.

Относительно отношений с евроскептиками. В этой стране все имитации и симулякры. Одна большая потемкинская деревня. Вот и взаимоотношения Путина с евроскептиками — это тоже имитация. Путин имитирует, что разделяет их политические взгляды, эксплуатируя их потребность во внешнем союзнике, решая свои сиюминутные задачи. Например, раскачивая кресло под бундесканцлерин, в частности, историей с девочкой Лизой. Пока реальных условий для формирования правого интернационала, о котором я писал, нет. Так, фантазии в духе: «А вот хорошо бы было, если бы». Да, хорошо. Но вряд ли. Пока только чекистские разводки — назло истеблишменту ЕС поддержим, скажем, Марин Ле Пен и, одновременно, сами же будем кричать «фашисты рвутся к власти!». Это не отношения идеологических союзников, никто в Кремле не стремится помочь европейцам сохранить свою идентичность. Наоборот, тут действует принцип «чем хуже — тем лучше», т.к. нужна страшилка, которой можно подкармливать россиян, мол, «у нас-то еще ладно, а в Европе орды беженцев начали джихад, рядом марширует гей-парад, а вокруг фашисты-реваншисты НАТО подзуживают на нас напасть и отнять наши ресурсы и духовность».

Вопрос №48. Что характеризует Гскарова, Солопова и Сутугу как агентов влияния? Двое сидят, один за границей. Какие конкретные вещи вы знаете, чтобы такие обвинения не касались голословными?

Если Вам не нравится термин «агент влияния» (возможно, он действительно негативно окрашен), давайте используем более нейтральные — «лоббист» или «лидер общественного мнения». Опять же напомню цитату из Алисы про шахматы. Вот нами всеми, публичными людьми, играют свои партии люди непубличные. Зачастую, мы даже и не знаем об их существовании, но это не мешает им наши действия приписывать себе в заслугу или наоборот обвинить оппонента на основании действий его подопечного. Аналитика или докладная она же все стерпит.

Заметьте, системные люди начисто отрицают свободу воли — у всех кто-то стоит за спиной и, если кто-то что-то сделал, значит, ему это приказали. Они проецируют на всех свое субъективное видение мира. Конечно, и Гаскаров, и Сутуга, и Солопов абсолютно искренние в своих убеждениях люди. Не сомневаюсь в этом. Точно так же не сомневаюсь и в том, что где-то в кабинете сидит человек и заносит их в список «свои». А в другом кабинете другой человек заносит их в «чужие». И два этих условных человека сводят свои аппаратные счеты, истолковывая действия «своих» и «чужих» идейных самостоятельных общественных деятелей как свои «успехи» или же «происки» оппонента. Постепенно, они могут очень аккуратно, через множество «прокладок» пытаться начать направлять «своих».

А относительно тюрьмы / эмиграции. Это неотъемлемые элементы любой общественно-политической карьеры. Так политик и формируется. Не на Селигере ж из пробирки политики берутся. Пробовали их там клонировать, но неудачно. А с Солоповым я в «ВК» общался незадолго до ареста (он, правда, не знал, что я это я), он лайкнул в моем фейк-аккаунте цитату из Довлатова про 1937 год: «Берия, репрессии, это все понятно, но кто написал 5 млн. доносов». Разговорились. В онлайн-общении произвел на меня достойное впечатление.

Вопрос №49. Как вы оцениваете личность Суркова? Попытка вашего срока — это наезд на него? Это не пример внутривидовой борьбы, где вы играете за команду Суркова? Почему не общались за помощью к этой команде?

19 января Евгения Альбац на «Эхе» заявила «Сурков — заказчик». Но в целом, было видно, что не хочет она об этом деле говорить, очень скомкано отбарабанила, словно по необходимости. Потому что умная женщина и идеологические штампы ей чужды, к тому же она все знает в подробностях. В этот же день Кашин в «Дойче Велле» написал то же самое, обосновывая тезис «Володин лучше Суркова». Ценна другая фраза Альбац про то, что 19 января 2009 года на Пречистенке был и Коршунов, страхуя Тихонова.

Почему это так важно. Тихонов в показаниях утверждает, что на Пречистенке они были вдвоем с Хасис, а Коршунов, с которым они ранее следили за Маркеловым, был вообще против, т.к. ранее попал в объектив фотокамер субкультурной охраны Маркелова из «антифа». Странно, в других местах Тихонов говорит, что противоречить Коршунову было опасно и он не решался это делать, а тут получается способствовал объявлению Коршунова в федеральный розыск и уходу его на «нелегал». И Коршунов, по словам Тихонова, бросавшийся на людей в метро за косой взгляд, это ему спустил. Это же нелогично. И вот Альбац говорит то, что я слышал в 2009-2010 гг от разнообразных сотрудников, что Коршунов был там. В деле вроде бы ничего об этом нет, но если ознакомиться внимательнее — том 50, л.д. 165-170.

Свидетель, сидевший в автомашине рядом с местом убийства Маркелова и Бабуровой, говорит: «примерно за 5 мин до произошедшего сзади и чуть сбоку припарковалась черная тонированная автомашина… Данная машина уехала примерно через 1-2 мин после того, как произошло убийство двух людей… Машина стояла с заведенным двигателем, водитель находился в автомашине». В деле содержатся сведения, что у Коршунова была черная иномарка эконом-класса, как и описывает данный свидетель. Все это детали и мелочи. Ага. Но из них складывается реальная картина. Тихонов говорит в своих показаниях, что «он выполнял поручения Коршунова», звучало это и на суде, в прослушке их квартиры тоже постоянно звучит, что «Вася дал задания/поручения», «Васей» они называли Коршунова. Тихонов умный и рассудительный, а Коршунов,очевидно, более решительный, это следует из всех материалов дела. Без поддержки Коршунова, Тихонов очевидно не стал бы и с Украины осенью 2008 возвращаться, а в материалах дела есть запрос УБОП, где сказано, что в сентябре 2008 года Коршунов пересекал границу Украины. Вот вероятно там и тогда ОБ-88 обрело новую жизнь в усеченном составе.

И еще цитата. Теперь из Максима Баклагина (том 45, л.д. 187, допрос от 11 июля 2012). Он рассказывает о встрече с Тихоновым 28 декабря 2008 года после 2-летнего перерыва в общении: «Предложил мне встать на вооруженный путь борьбы с Системой. Тихонов мне сказал, что после объявления в розыск стал себя уважать еще больше и ни о чем не жалеет». То есть осознанный выбор революционного пути. Зря только Никита своим легальным друзьям не рассказал, что он ушел на джихад. А теперь ему под давлением приходится глупости всякие говорить про то, что он хотел избавиться от розыска, а потому выполнял приказы Системы. Да он ее разрушить хотел, а не служить ей. А теперь вынужден озвучивать сиюминутно требующиеся для внутриполитической борьбы одних чиновников с другими «показания». Чтобы потом Кашин мог написать «Сурков — заказчик», связав всех через 5 рукопожатий. А Facebook доказал через 5 рукопожатий все люди мира знакомы. Может, Тихонов в интересах Барака Обамы БОРН создал? Конечно, может. А может это Кашин его вдохновил и приказал? Они ведь лично знакомы, общались и глаза в глаза, и по телефону, встречались в одном офисе, жали друг другу руки. И как раз тогда погиб Александр Рюхин. Хорошая рабочая версия.

Все, включая Кашина, прекрасно понимают, что никаких приказов Тихонову я не отдавал и не мог отдавать, а формально меня обвиняют именно в этом. Также эти «все» хорошо понимают, чем обусловлено мое уголовное преследование. И здесь проявляется лукавство нашего общественного мнения в полную силу — «ну да, суд был цирком, ну да, приказов не отдавал, но они же знакомы, а, значит, есть связь, этого уже достаточно». Ну и что, что Горячев на запчасти и шестеренки разобрал все материалы уголовного дела и опроверг все формальные обвинения в системе координат уголовного дела и в публикациях и на суде, есть же еще обвинения неформальные, которые нельзя квалифицировать в рамках УК, вот ими это «общественное мнение» и руководствуется и строго блюдет корпоративную солидарность — ужо тому, кто посмеет возразить. И еще недоумевают, почему я Англию и США, и остальную цивилизацию считаю примером для подражания и укором пещерной Расеюшке, там бы дело подобное и до суда бы не дошло. Кстати, быть присяжным там обязанность гражданина, а не возможность заработать 1000 рублей в день для легко манипулируемых, заранее отобранных большей частью деклассированных элементов.

Уверен, что Сурков останется на политической арене России и послезавтра, когда большая часть сегодняшних акторов политического процесса будет списана в утиль. В ноябре 2010 года, когда меня с товарищами тормознули на границе РФ с РБ, напоследок полковник у меня спросил — «назови твой Топ-3 российских политиков». Я назвал — Владислав Сурков, Дмитрий Рогозин, Рамзан Кадыров. Назвал бы это трио и сегодня. Это действительно политики, звезды на фоне унылой бюрократической серости. И что очень важно — они не чекисты, а, значит, у них не переформатирована голова по лубянскому стандарту. Мой критерий это эффективность и харизматичность. Другие аспекты я в данном случае не рассматриваю. Поэтому в апологеты Кадырова, например, меня записывать не нужно. Я просто адекватно оцениваю его как управленца. Без эмоций. Человек иного типа с руководством Чечней просто не справится. Альтернатива Кадырову сегодня одна — Третья Чеченская.

При этом в противостоянии команды Кадырова и, скажем так, «несистемной оппозиции» мои симпатии целиком на стороне последних (любопытно, как быстро они осознали сложность межнациональной ситуации в РФ и стали выделять по национальному признаку тех, кто кидает в них торты. А раньше говорили, нет такой проблемы, это экстремисты нагнетают. Еще одна точка соприкосновения правых и либералов, которые, как оказалось, вполне в состоянии понять друг друга). Вынужден пояснить подробно, т.к. сегодня российское общество страдает предельно монохромным черно-белым восприятием, они не понимают, что отдавать должное можно и идеологическому оппоненту. А ведь когда-то русские офицеры восхищались Бонапартом и одновременно храбро сражались против него. И это было ОК. А вообще мой идеал политического деятеля в ХХ веке это сэр Уинстон Черчилль. Приношу извинения за оффтоп.

Относительно моего срока. Тактически это месть конкретных людей за мое упорное нежелание сотрудничать, отказ от показаний на процессе Тихонова и Хасис и уже за мои публикации о них и об изнанке этого дела. Ну а стратегический аспект я осветил, отвечая на вопрос про Химки.

Вопрос №50. Вы назвали Naziwiki подведомственным проектом. Какие еще антифашистские проекты являются таковыми? По каким критериям вы назвали его такими?

Я почти 3 года не был в интернете, поэтому ничего не могу сказать про большую часть онлайн-проектов. Относительно Naziwiki. Этот сайт своими руками делала CENSORED, он появился тогда, когда развернулась травля «Русского Образа» и меня весной 2011 года, направлявшаяся CENSORED. На сайте не было никого, кроме членов «РО», причем часть выложенных материалов, в том числе фото, были с изъятого у меня 5 ноября 2009 года и возвращенного 30 июня 2010 года Макбука. Плюс, слог, которым написаны тексты, т.н. идиолект, полностью выдает авторство CENSORED. У нее очень специфический, характерный стиль, который она даже не пытается маскировать. Ну и исчез этот сайт из эфира, когда я упомянул его в ноябре 2014 году в своем тексте.

Вопрос №51. Расскажите, как вы делали аналитички? Как находили данные? Приносило ли удовлетворение работа? Насколько вы погружались в них? Насколько серьезно, как вы считаете, к этом относились клиенты?

Алексей Навальный как-то очень точно оценил качество закрытой аналитики — ее никто не видит (а, значит, не может подвергнуть  критике /разбору/анализу), а клиент зачастую пребывает в мире иллюзий и зачастую цель этой аналитики лишь подкрепить эти иллюзии. Хорошо представляю, что писали о настроениях украинского общества в 2014 году, мол, в самых дальних карпатских селах пироги пекут и цветы в букеты собирают танки наши встречать. Почему писали так? Эксперты не знали реальных умонастроений в Украине? Знали. Но в России у конечного потребителя аналитики есть заранее сформированное видение мира и если эксперт хочет продолжить «сидеть» на гранте, он должен подстраиваться под мировосприятие клиента. Во многом зеленый свет проекту «Новороссия» и его последующий закономерный крах связан именно с этим.

Всю эту аналитику /мониторинги можно было бы публиковать, скажем, в ЖЖ, но тогда бы за это не платили, а еще бы могли подвергнуть разгромной критике. Непубличность, закрытость придает налет эксклюзивности, а там хоть «вики» копируй. Это как сайт «Компромат» — когда висит в интернете, то просто слив. А если взять тот же текст, поместить на бланк с щитом и мечом, добавить печать и подпись, а в заглавие вынести строгий термин, скажем, «рапорт» или «справка-меморандум о проведенных оперативно-розыскных мероприятиях», то уже можно передавать в Следственный комитет и возбуждать уголовное дело. Вопрос контекстного оформления.

Вопрос №52. Вы говорите, что материалы «Отдела расследований» по стилистике пишут не журналисты. В чем характеристика стилистики?

«Отдела Расследований» «Новой Газеты». Именно этого издания. Сергей Соколов, замглавред «Новой», выступивший специфическим свидетелем обвинения на процессе (утверждал, что убеждал Михаила Маркелова в моей причастности к убийству его брата на основании слов людей, «которым доверяет», но имен назвать не может), и не скрывал плотных контактов издания со спецслужбами.

Про стилистику я подробно ответил ранее. Какие-то тексты, как раз те, анонимные, подписанные просто «Отдел расследований», почти полностью были написаны CENSORED — это видно по специфике строения предложений, подбору слов. Идиолект каждого человека уникален, как почерк. А какие-то тексты пишут все же журналисты, но опять же, каркас статьи они получают уже готовый. И в историей с Луговым колонки за подписью «Отдел расследований» явно лукавые и стремятся запихнуть реальность в узкие рамки удобной им версии, мол, и Луговой, и Литвиненко малозначимые персонажи, ни с кем не знакомы, и все это какой-то их личный конфликт. В нем есть БАБ, МИ-6, но никакой заинтересованности российских официальных лиц в этой истории не было. Эти «вбросы» т.н. «Отдела расследований» зачастую противоречат даже авторским статьям, опубликованным в том же самом номере.

Вопрос №53. В чем заключалась работа против Пономарева, за которую вас ругали?

Ругать меня могли папа с мамой и то до класса 6-го. После допроса 20 апреля 2010 года был сделан первый заход на мою вербовку. Через «Скайп», где-то ближе к концу мая. К тому моменту они уже подробно ознакомились с содержанием изъятого у меня при обыске 5 ноября 2009 года (и возвращенного 30 июня 2010 года).

Так как CENSORED близко общается с Пономаревым (не знаю, можно ли это назвать «курирует»), то естественно мои аналитички по нему привлекли ее внимание. Кстати, в материалы дела запихнули очень много всего к обвинениям вообще отношения не имеющего. Но одна из аналитичек по Пономареву все же попала в составе другого документа в дело, можете ознакомиться, если интересно — стр. 88-89, том 33 (прилагается). И вот мне по «Скайпу» писали, что они эту аналитичку вообще по статье «Шпионаж» УК РФ квалифицируют. Вообще, общались хамски и развязно, потому я просто завел другой «Скайп» и встречаться оффлайн с ними не стал — 1 июня они мне встречу назначали, но я не поехал. В ноябре того же года на границе Белоруссии меня спрашивали: «а чего ты не стал с нами общаться?». Я честно ответил: «Вы невежливые». И это определяющий фактор моего отказа от сотрудничества с ними — не те люди, по множеству параметров. Совсем не англичане в твидовых пиджаках.

А алгоритм работы по Пономареву был прост. Мониторинг его публичных записей / выступлений / действий, плюс сообщения инсайдера из его команды, ну и соответственно анализ этих данных. А в целом, я нейтрально к Пономареву отношусь, летом 2009 года даже вместе участвовали в каком-то круглом столе.

Дополнительные вопросы к интервью

1). Вы говорите про большее количество нападений левых, но у антифашистов более 10 убитых, у националистов — случай в Одессе и Владивостоке летальный исход связан с самообороной. Да, так говорят антифашисты, но убийства антифашистов ведь точно не связаны с самобороной. Не пытаетесь ли вы выдать желаемое за реальность?

Еще раз повторю, что данная тема мне была интересна в период финансирования мониторинга. Освежив в голове информацию моими еженедельными ответами Митрюшину за 2008 года, которые есть в материалах дела, я ответил на ваш вопрос. В тот период резко возросло количество нападений левых радикалов с применением холодного / травматического оружия, причем, судя по их открытой переписке на форумах / в ЖЖ и т.д., у них были некие вводные относительно нелетальности наносимых ими ранений.

Покушение на Александра Белова, когда его заманили в Люберцы и забили арматурой, а потом антифашисты выложили видео на Youtube, взяв на себя ответственность за это, точно не были самообороной. Я на следующий день был у него в больнице — ранения были очень серьезные, но уголовное дело даже не возбуждалось.

В целом же, вновь повторюсь, субкультурная криминальная хроника многолетней давности, кто там кого зарезал и какой взаимный счет жертв у наци и красных скинхедов, мне неинтересно.

2). Что насчет ролика для Стерлигова? Это был действительно проект для «Права на оружие»? Как вы кроме ролика поддерживали эту организацию в их деятельности легализации оружия?

Учите матчасть — «право на оружие» появилось в 2010 году, если не в 2011 году. «Русский Образ» проводил свою кампанию по принятию закона о легализации короткоствола, о расширении понятия «самооборона». У нас была серия очень популярных тогда в интернете комиксов, как самостоятельно получить лицензию на травматическое и гражданское оружие. «РО» проводил вместе с телеканалом «СПАС» круглый стол по легализации короткоствола весной 2009 года, где участвовали депутаты ГД РФ, атаман Оренбургского Казачьего войска, Владимир Глуховский, начальник лицензионно-разрешительной службы МВД генерал-майор милиции Леонид Веденов. Отчет о круглом столе вы можете найти на сайте rus-obraz.net через archive.org.

С Германом Стерлиговым совместно мы в 2009 году проводили сетевую pro-life акцию 1 июня в День защиты детей. Участвовало в ней наше благотворительное направление — «Русская демография», она до сих пор существует, но в таком подмороженном виде (rus-demografia.ru). Освещала тогда эту акцию «Комсомольская правда». Также мы на студии у Роберта Шлегеля тогда изготовили такой вирусный ролик, который собрал сотни тысяч просмотров на Youtube, думаю, он до сих пор есть онлайн. Осенью 2009 года мы с Германом Стерлиговым обсуждали возможность изготовления подобного ролика, посвященного самообороне / гражданскому оружию / легализации кроткоствола, т.к. наши взгляды на данный вопрос также совпадали. Вкратце, сутью предложения, которое мы впоследствии планировали оформить как законотворческую инициативу, были поправки в 37 статью УК РФ, разрешающие применять гражданское оружие для самообороны. Летом 2015 с подобной инициативой в ГД РФ выступал депутат Алексей Журавлев.

3). Когда объявили приговор, то ИГ упал без сознания? Или что это было? Майка с Крымом была тем же механизмом, чтобы показать свою лояльность, как с похвальбой Путину?

Собственно, все было понятно еще 11 июля в день вердикта (кстати, за неделю до вердикта из коллегии присяжных в один день вышло 3-е присяжных, причем в деле нет даже их заявлений, просто «телефонограммы» за подписью секретаря, мол, более не желаю быть присяжным. Интересно было бы их опросить, что повлияло на них. Это были носители собственного мнения, угрожавшие марионетке — старшине стать флангом притяжения альтернативного мнения в комнате совещаний. Как только пропали эти трое, присяжные перестали задавать вопросы, а до этого было много хороших умных вопросов).

Поэтому приговор не был для меня неожиданным, но когда его начали читать, да, мне на секунду стало плохо, съехал по стеночке и сел на лавку. Свет двух десятков камер в глаза, наручники (на приговоре подсудимый в наручниках), бессонная ночь и все психологическое напряжение предыдущих месяцев дали о себе знать. Видел ерничание по этому поводу даже в прессе («Собеседник» с Сенцовым сравнивал). Пусть это останется на совести тех, кто, сидя дома у монитора, мнит себя героем. А я на лавры героя никогда не претендовал. Я «ботаник» в очечках (кстати, в Сербии очки вызывают уважение как к человеку образованному, а в России по большей части такую легкую классовую ненависть. Помню еще ген. Антон Туркул писал, как красные и белые узнавали друг друга просто по выражению лица), историк, журналист, общественный деятель.

И еще немного процитирую Судоплатова: «Силы оставили меня. Я не мог выйти из состояния шока, почувствовал, что вот-вот упаду в обморок и вынужден был присесть». А ему дали не ПЛС, а 15 лет. Маек должно было быть много и разных — логистика подвела. Относительно Крыма — я за независимость Крыма, думаю, что РФ будет вынуждена его отдать, но в Украину Крым не вернется. А потому — независимость. Я и весной 2014 года писал о том, что это оптимальный вариант. Вообще, Крым для меня это:

Над черным морем, над белым Крымом

Летела слава России дымом

И русские пули летели градом,

Убили друга со мною рядом,

И ангел плакал над мертвым ангелом,

Мы уходили за море с Врангелем.

Еще в глубоком дошкольном возрасте, помню, мне безумно нравились штабс-капитан Овечкин и полковник Кудасов и раздражали оборванцы — «красные дьяволята», особенно, цыганенок Яшка.

«Похвальба» это когда хвалишься сам. А в данном случае верно было бы сказать «восхваление Путина». Понимаете, бытие определяет сознание. Сидя в тюрьме, я искренне очень критически отношусь к ВВП. Но если б я был в обойме, я не менее искренне был бы предан ВВП. Посмотрите на о. Всеволода (Чаплина). Изменились обстоятельства и изменилась позиция. И здесь нет никакого лукавства. Да, есть некоторая непоследовательность, ну а что поделать? Быть в тюрьме лоялистом — это стокгольмский синдром, а я им не страдаю, и мне жаль, что в 2014-2015 годах мне пришлось занять лоялистскую позицию, это было сделано в расчете на иной вердикт и было вынужденным маневром. В случае победы это было бы оправдано. Ну а этим интервью я хочу дезавуировать мое соглашательство с людоедской политикой РФ последних лет и подтвердить, что я по-прежнему объективно и критически воспринимаю реалии РФ.

5) Запись ИГ пролайкал Максимм Солопов или Денис Солопов?

Не «запись Ильи Горячева», а моей «мурзилки» ВК, имя не помню, но она была левого толка. Тот Соколов, что живет в Нидерландах. Мы пообщались с ним об условиях политического убежища там, изучении гражданского языка, его общении со свидетелями по делу «Приморских партизан», который также в тот период получил там политическое убежище.

6) Что он думает о пзк? Каково вообще ощущение, когда судя по всему оставшиеся годы жизни придется провести в заключении? Что посоветует тем, кто попал в тюрьму? Как крепиться когда маячит большой срок?

Это называется ПЛС — пожизненное лишение свободы. Как гласила надпись на кольце у царя Соломона: «и это пройдет». Для меня очевидно, что РФ на пороге больших изменений, я хорошо помню и конец 80-х, и август 91-го. Много читал про февраль 1917 года. Ну а когда система координат изменится, станет возможным и пересмотр дела. И без давления и Хасис и Тихонов будут говорить правду и рассказывать, какими методами их заставляли лжесвидетельствовать. Так что я слежу за новостями и радуюсь падению цен на нефть и привязанному к ним курса рубля, решению лорда Оуэна и заявлениям Марка Шубина. Посоветую… У Тихона (Шевкунова) в книге «Несвятые святые» иероманах Псково-Печорской обители, опираясь на свой 10-летний опыт в сталинском ГУЛАГе, советовал «не верь, не бойся, не проси». Универсальная формула, на мой взгляд. Здесь человек в тылу врага, друзей здесь нет, все хорошее осталось за забором. Вот из этого и надо исходить.

Крепиться? Не знаю. Я зеленый чай пью с медом и лимоном. Любой срок может быть оптимизирован и серьезно. Вопрос правильных действий. Как говорил БАБ, «ситуация игровая».

7) Не боится ли он, что даст показания, как некогда храбрившийся Тихонов? Тот еще в заключении писал о герильи, а приехав в Харп начал говорить все-так.

Я в начале интервью специально подчеркнул — «этот текст для меня возможность зафиксировать реальность». Потом может быть что угодно. Сомневаюсь, что Тихонов писал о герилье, впрочем, я мало что читал из написанного в  тюрьме, помню лишь текст об Удальцове и борьбе с точечной застройкой. А Вам не кажется лицемерием закрывать глаза на то, почему Тихонов стал читать продиктованные ему показания из тетради? Почему и как за 6 месяцев он стал инвалидом? Мне нечего боятся — я не железный, создадут условия, придавят, стану тоже говорящей куклой, до первой возможности отказаться от всего продиктованного и изобличить преступников, занимающихся фальсификацией доказательств. А вот вам стоило бы не то что бояться, но задуматься — в какой стране вы живете и что вы сделали для того, чтобы страна стала лучше. А пока вы закрываете глаза на пытки, на то, что происходит в системе ФСИН, на кукольный суд, лишь озвучивающий решения и не соблюдающий никаких норм закона, не понимаю, почему вас возмущает положение в РФ.

А про термальные методы пыток, применявшиеся к Тихонову, писал еще Судоплатов: «Рюмин обвинил Абакумова в том, что именно он несет ответственность за смерть Этингера, т.к. специально поместил его в холодную камеру в Лефортовской тюрьме» и «подследственных зверски избивали, помещали в камеры-карцеры со специальным охлаждением» (стр. 482 и стр. 486 «Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930-1950 гг»).

А сегодня те, кто любит приговаривать «вот, при Сталине был порядок», вообще хотят пытки узаконить и «закон садистов» это только начало. Логичной реакцией на это будет сопротивление вплоть до бунтов и восстаний в СИЗО и ИК. Бунт в Копейске был вполне оправданным, я бы даже сравнил его с восстанием в Варшавском гетто в 1943 году. «Нельзя это сравнивать!» может возразить излишне зашоренный читатель. А я отвечу: можно и нужно. Потому что система ГУЛАГ отличается от системы Холокоста лишь  тем, что последняя в 1944 году была упразднена. А ГУЛАГ лишь переименован и уменьшен, но он здесь, рядом с нами. И в нем полно уголков, которые по уровню ужаса там происходящего можно сравнивать, скажем, с Аушвицем или Треблинкой. Это сущности одного порядка, просто для ФРГ это прошлое, а для России — настоящее.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>